Я часто смотрю на фотографии, я люблю фотографии. Совсем старые, пожелтевшие и обтрепанные по углам, черно-белые, маленькие квадратики "полароида" с извращенной цветопередачей, фотки с пленочных мыльниц, которые ставили дату и время в угол картинки. Я люблю крутить в руках старые вещи. Часы, записные книжки, письма, старый дедовский фотоаппарат. Эти вещи словно являются доказательством того, что это было. Как сообщения в телефоне.
Но стоит все удалить, выкинуть, сжечь фотографии - и что останется от того, что тебе дорого? Ничего. Только твоя память будет тебе напоминать о важном событии, с каждым годом все слабее и слабее, пока сама не изотрется в пыль.
Я часто думаю об этом, что-то стирая из своей жизни. Я думаю, что стоит мне избавиться от доказательств существования чего-либо, как само событие исчезнет. Словно оставшиеся от него предметы являются единственным источником воспоминаний. Я так думал до тех пор, пока мне не попалась книга Оруэлла "1984".
И там главный герой работал в специальном отделе. Он как раз занимался исправлением истории. Нужно что-то поменять в прошлом? Пожалуйста - все упоминания будут исправлены, все газеты перепечатаны, а все предметы изъяты и уничтожены. Вся система работала настолько четко, что даже у самого здравомыслящего человека начинали возникать сомнения в собственном твердом уме.
Так вот, после прочтения, я с одной стороны стал бояться сильнее. А с другой мне стало проще. Мне стало проще убеждать себя, что если я захочу думать, что чего-то не было - то, уничтожив все свидетельства о его существовании, я почти наверняка смогу себя убедить в чем угодно. Память не твердая вещь - она податлива, очень легко поддается изменению. Но мне по прежнему страшно потерять ее о дорогих мне вещах. Правда выбрасывать что-то в мусорку уже не так страшно - освободившееся место вполне могут занять более интересные воспоминания.

А здесь достаточно только доверия, как я понимаю
По поводу памяти могу сказать лишь за себя. Имея богатое воображение и выборочно хорошую память, я могу вспомнить все значимые моменты и воспроизвести их в точности до любых мелочей. Потому когда я вспоминаю о плохом, мне становится плохо, когда вспоминаю о хорошем - хорошо. Со временем воспоминания теряют свои яркость, но события ближайших прошлых 5 лет(значимые, естественно) я могу вспомнить с достаточной детальностью.
Если бы у него нужда была бы ходить в туалет раз в пять лет - забыл бы, я думаю.
А тут сходил туда - поначалу хвалят. Сходил не туда - ругают. Рефлекс постоянно подпитывается.
Ожог от молока пятилетней давности не будет восприниматься как вчерашний.