Конкурс. Смех сквозь слёзы. Размазывая по лицу грим и напяливая ежедневно парик.
Изо дня в день он продолжал развлекать и веселить окружающих, совершенно не разбирая лиц, эмоций, и уже не глядя зрителям в глаза. В его собственных давно поселилась пустота.
Порой страх охватывал его и он боялся собственного отражения в зеркале. До крови готов разодрать свой хохочущий рот, ненавидя эту клоунскую маску, что уже вросла в его лицо. Он забыл, как выглядит вне этого лицедейства и клоунады.
Тяжело дышать, давит грудь, руки ищут валидол, пытаясь успокоить своё нутро.
Привыкший к постоянству внутренней боли, не различая, на самом ли деле ему больно или это только видимость.
Закрыть бы глаза, набрать полную грудь воздуха и зажить совершенно иной жизнью. Он смертельно устал от всего этого. но поздно. Новый путь не начать не завершив старый маршрут.
Снова и снова подходя к зеркалу, поправляя свой рыжий парик, жирными мазками рисуя на своём уставшем лице алый рот и насвистывая до чёрта надоевшую мелодию, спеша на арену.
Внутри он умер. Уже давно. Но небеса упорно отказывают ему, не открывая дорогу, заставляя веселить на потеху и улыбаться собственному бессилью.
Старый больной печальный клоун со смехом плачущей души. Жалкое зрелище
Ничто уже не греет его тоскливую душу, она уже не трещит по швам, нет разбитых надежд, нет даже мечты, что терпит крах.
Всё сложнее смотреть на своё отраженье в зеркале и всё труднее играть свою весёлую, но чужую роль, фальшивя, переигрывая и проигрывая одновременно.
Всё мёртво. Пора ставить жирную точку.
Во всем виноват цирк.
Густым ручьем пусть из раны кровь идет,
Можете смеяться, ведь грустный клоун мертв.
Умру в бреду, псы по следу пусть идут,
Рожденный в Раутвиле, тут же и испустит дух
И тело найдут скоро, но я даю слово,
Умереть чтобы воскреснуть и вернуться снова.
Вернуть все анонимные комментарии
Скрыть все подписанные комментарии
Вернуть все подписанные комментарии