Я летел домой и так получилось, что пересадка у меня происходила в твоем городе. На тот момент мы с тобой уже расстались, но еще не успело пройти достаточно времени, чтобы я охладел к тебе. Поставив тебя в известность, что пролетом буду у тебя, я предложил встретиться, а ты позвала меня к себе домой. В тот день ты встретила меня в аэропорту, мы покушали шаурму, немного прогулялись и на такси доехали до твоей квартиры, где ты разрешила мне переночевать. Оставив мне ключи, ты убежала по своим делам, и я остался ждать тебя.

Не знаю, могу ли я называть это полноценной квартирой, ведь по сути она скорее служила складским помещением без воды и электричества. У меня не было интернета, телефон сел, а часы не работали. Я ощущал себя вырванным из своей жизни и благодаря этому мне было так приятно окунуться в твою. Впервые я вживую увидел комнату, в которой ты росла. У тебя было огромное количество книг, многие из которых остались у тебя еще со школы. А как много у тебя было икон.

В комнате было душно, но это неудивительно. В ней было так мало места, а то, что было, было заставлено книгами. В ней была лишь кровать, огромное множество разного чтива и тумбочка с иконой богоматери . Я лег на твою кровать и ощутил, как глубоко могу провалиться в нее. Ты любила мягкие матрасы, и только сейчас я понял почему. Ощущение было такое, словно все мое тело обнимает что-то теплое и пахнущее тобой.

Скоро я понял, что перегрелся. Солнце в тот день словно пыталось убить меня за совершенные мною ошибки. Я вышел из твоей комнаты и лег в зале на пол, где вместо одной из стен у тебя было стекло от пола до потолка, а за ним терраса.

В квартире явно уже давно никто не жил. Ее населяли вещи, которые раньше были кому-то нужны. В зале я снова наткнулся на множество книг и пару твоих детских фотографий. Не в силах стоять от духоты и жары, я лежал на поле и смотрел в потолок, считая про себя секунды, ведь часы, что были тут, уже давно перестали идти.

Скоро я насчитал, что прошло 5400 секунд. Мне стало немного лучше, и я взял первую попавшуюся книгу с полки. Как забавно, что в той книге повествовалось о женщине, которая пыталась подружиться с одиночеством. Преобразование букв в слова, слова в предложения, а предложения в смыслы обостряло боль и резало мне глаза. Я оставил идею с книжками, встал и решил попробовать свою удачу у тебя в ванной комнате.

Вода в той квартире все-таки была, но напор был такой, что воспользоваться им было практически невозможно. Я решил, что ты не расстроишься, если я немного накручу твой счетчик, набрав воды из душа по бутылкам, чтобы было возможно помыться, выливая на себя заранее приготовленную воду.Насобирав литров десять воды, я аккуратно умылся и продолжил дальше валяться на полу, думая, что же я скажу тебе, когда ты вернешься ночью с работы. В этом полубредовом состоянии я как пес лег у двери, желая услышать твои шаги и шум ключа в замочной скважине.

Жара наконец-то спала, я открыл все окна на распашку, сам сел на террасу и продолжил ждать. Воздух был такой мягкий и влажный. Я смотрел на соседние дома, где люди также сидели: кто на террасе, кто на балконе, и отдыхали. Где-то вдалеке был слышен шум телевизора, кто-то громко разговаривал со своими домашними, и отчасти было приятно, что я могу подсматривать за маленькими кусочками чужих жизней. Так интересно, для них это самая что ни на есть обыденность, а для меня тут все в новинку. Да и на террасе я до этого никогда не отдыхал.

Наконец-то я дождался и сквозь полудрему услышал шум за дверью. Ты вошла на порог, и я был безумно рад тебя увидеть. Наконец-то моему ожиданию пришел конец, однако свое довольство я намеренно пытался не выдавать. Странно было бы признаться тебе с порога в том, что я лежал под дверью и ждал тебя в полубреде от того, что перегрелся на солнце.

Мы поздоровались, вышли на террасу, ты закурила сигарету, и после этого начался диалог. Уже не помню, о чем мы говорили, да и это не было важно. Твой взгляд говорил все сам за себя. Мы договорились в последний раз разделить друг с другом постель. Мы решили принять душ, но напор воды все еще не позволял нам нормально помыться, поэтому мы буквально мылись в тазике, помогая друг другу держать бутылки с водой, чтобы было возможно помыться. Вместо света мы использовали фонарик на твоем телефоне, и сказать честно, ничего более романтичного я не могу вспомнить. Вот мы уже сидим в халатах на твоей кровати, за окном кромешная тьма, точно такая же темнота в комнате. Наши руки превратились в глаза, которыми мы снова знакомили свои тела друг с другом. Лишь тогда до меня наконец-то дошло, что мне нравится в близости. Мне нравятся руки. Робкие, легкие, скользящие, тянущие к себе и прижимающие. Удерживающие рядом с собой и не отпускающие. Говорящие и использующие твое тело как средство общения. Интимность с человеком - это общение, где из-за неполноценности слов и их смыслов, ты можешь вынести их за скобки, оставив только суть в виде температуры тела, влажности и прикосновений друг к другу.

Диалог, высвобождающий тебя из тюрьмы, вытаскивающий тебя из изоляции и создающий прямой контакт с человеком и всем его нутром.