В тот вечер шёл снег. Поднимая взор на хмурое небо, ей становилось невыносимо тяжко, в глазах читалась неподдельная грусть, смешанная со смутным чувством отчаяния. Серые хлопья снега падали на лицо, волосы, одежду. Быстро таяли, оставляя лишь капли, капли воды, бесполезно стекающие по чёрному короткому плащу. Казалось, она была забрызгана чьими-то слезами. Слезами богов. Она шла погружённая в свои раздумья, в свои мысли, не замечая вокруг ничего. Падающий снег тут же превращался под её ногами в слякоть, издавая чавкающие звуки. Вокруг был вечерний город, медленно погружающийся в ночь. Она шла сквозь темноту, наблюдая за снующими в вечерней суматохе людьми, казалось не чувствуя себя их частью. Она жила в своём отдельном мире.
Она шла по ночным улицам, зная конечную точку пути. Там она бывала в минуты особенной грусти, тоски. Как и сейчас. Накрывшее внезапно отчаяние заставило её выйти из душной комнаты и погрузиться в те мысли, о которых старалась не вспоминать.
Медленно пройдя по небольшому парку, она поднялась на вершину горы, освещённую взошедшей Луной. Бледный диск светила освещал самую макушку горы, именно то место, где любила стоять она. Сопка, окружённая деревьями, напоминала островок… островок её мыслей, островок её души в безумном мире, где нет места спокойствию. Как много событий напоминало ей это место…но она не хотела о них вспоминать. Сейчас её мысли были о другом. Она стояла под пронизывающим ветром, который, не смотря на тёплую погоду, обдувал её. Закрыв глаза, она почувствовала себя птицей, которая парит высоко в небе. Она летит… благодаря небо за свободу, за полёт, за высоту… Она стояла лицом к реке, на которую открывался вид. В тёмное время суток река выглядела великолепно. Лунная дорожка, проходящая к горизонту, манила к себе, неизменно притягивая взгляд.
Девушка стояла, подняв голову навстречу ветру. Он медленно обдувал её волосы, развевал плащ, продувая её насквозь. Но ей было всё равно… она не замечала ничего, погруженная в эти ощущения. Только здесь она погружалась в то, чем жила. Снег холодными прикосновениями таял на лице, руках, оставляя водяные брызги. Но вдруг она встрепенулась, почувствовав чьё-то присутствие.
На неё смотрели глаза молодого парня. Она узнала их. Это были те самые глаза, которые закрыли ей жизнь. Мужчина был одет в чёрный плащ, его длинные тёмные волосы собраны сзади в небольшой хвост. О да, она знала его, она знала эти глаза, она знала его. Но не хотела вспоминать. Но сейчас он молча стоял перед ней, смотря на неё долгим вдумчивым взглядом. Она медленно отвернулась, подняв взгляд к небу.
-- Зачем ты здесь? – её голос звучал холодно, словно не желая принимать незваного гостя.
-- Хотел тебя увидеть, -- неспеша ответил мужчина.
-- Уходи. Оставь меня одну.
-- Хорошо, я уйду. Но скажу пару слов.
-- Прошу, не надо…я не хочу этого слышать.
- - Я ослеп, не видя ничего у себя перед глазами. Не видя решения, что освободило бы меня от этих страданий.
-- Почему ты говоришь мне это? Почему я должна тебе верить? – голос девушки дрожал, но не от ветра, гуляющего на вершине, а от судороги, сковавшей её тело…а, может, это был просто тающий снег… Отрешённый взгляд не говорил ни о чём, она была далеко отсюда…
-- Ты не должна мне верить. Мне нужно было тебе это сказать. Завтра я уезжаю. – мужчина развернулся и исчез за склоном горы. Его плащ развевался сзади от быстрых шагов. В тишине слышался треск веток под его ногами.
Она стояла спиной. Даже не обернувшись ему вслед. Лишь тихий шёпот «прощай» вырвался из её губ. Она стояла лицом к ветру. Она верила – ветер осушит всю боль, ветер – единственное, что она теперь любила, чему могла доверять.

Старый заплаточник в ветхом жилище
Сидит, упиваясь горькой слезой.
Как много сердец он зашил в своей жизни,
Родному же сердцу не дал он покой.

Тупая игла падает на пол,
Звон раздаётся во все голоса…
Не держат уж руки…седые власа…
Уж поздно печалиться, выть в голоса…

Был молодым, пришивал он умело
Цветные заплаты на раны сердец,
Теперь уж поникала к земле его хата,
В душе поселился стареющий бес…

Как прожил он жизнь? Чем всю жизнь занимался?
Поднимал, утешал, чинил души людей…
Души с заплатами…как же то грустно…
Но всё же пришёл и конец его дней.

Вот он конец…совсем рядом, он близок…
Уж тупая игла обломилась вконец.
Дрожащие руки сдавили курок…
Раздался хлопок…

Развеялся пепел… слетели заплаты,
И вспомнили люди того старика.
Что жил по соседству, ставил заплаты,
На разбитые жизнью больные сердца.

Под высокий каменный свод
Воспаряет чья-то душа,
На высокий хрустальный алтарь
Падает чья-то слеза.

Кто вы? Уйдите, не стойте,
Не лейте своих горьких слёз,
Ибо ушла я из мира
Своих неисполненных грёз.

Окончились силы, что чувства давали,
Что светлые очи его даровали.
Теперь я ушла, став жертвой богам,
Он мне мой путь указал к небесам.

Пластом лежит тело в белых одеждах,
Запятнано кровью, в бурых следах.
Над ним стоит жрец в безумных надеждах,
Что боги запомнят о вечных дарах.

Душа воспарила к каменным сводам,
Высохли слёзы на том алтаре.
Свеча догорает, в окошке светает,
И нет даже памяти о том странном дне…

Холод металла пронзает насквозь,
Медленно входит в нежную плоть,
Ручейки крови стекают тихонько,
А он ведь был невинным ребёнком…

Холодная сталь вонзается в тело,
Был нанесён в спину жестокий удар –
Так низко…так подло…
Ребёнок упал…

Невинные глазки с тоской замирают,
Агония тела подходит к концу,
Бездушная сталь его тело пронзает,
Слеза потекла по младому лицу.

Хладнокровный убийца стоит улыбаясь,
Его острый меч настиг то дитя,
За что и зачем – никто не узнает,
Со стали нет спроса…нет спроса с себя.

В лазурной туманности россыпи звёзд,
Они покровители вселенских грёз.
Во Мраке витая нам дарят свой свет,
Ветром земным шепчут ответ.

Вопросы, что душу безмолвно терзают,
Что соки из сердца все выпивают,
Небесные звёзды помогут понять,
В бесчинстве тоску бескорыстно унять.

Перламутровым оком смотрят с небес,
Наблюдая, как в людях свирепствует бес.
Шёпотом нежным, как звуки дождей,
Изгонят демона в Ад поскорей.

Они в нас вселяют немного надежды,
Что из жизни уйдёт отчаянья мгла.
Падают в руки, неся свет, как прежде,
А после уходят назад в небеса.

Лишь очи подняв на звёздное небо,
«Спасибо» -- промолвят уста невзначай,
Звёздам, что дарят над худшим победу,
Звёздам, что светят в Ночи, как свеча.

При свете бледного лика Луны,
Лишь под покровом ночной темноты,
Нам открываются страшные тайны,
Тайны живущих на этой земле.

Под кроной лесов, за склонами гор,
Под тёмными водами глади озёр,
Эльфы и гномы, русалки, вампиры –
Они все скрываются в нынешнем мире.

В мире, где правит раса людская,
В мире, где люди, как волчья стая.
В мире, где войны уже норма жизни,
В мире убийств, лжи и корысти.

Эльфы и гномы, русалки, вампиры,
Они существуют, скрываясь от глаз.
Они охраняют, оберегают, но иной раз порой убивают…
«Бесследно исчез…» -- таков наш конец.

Когда-нибудь снова придут они к власти,
И вновь воцарится их мир на земле.
А люди лишь будут бежать и скрываться,
Даря свои судьбы полной Луне.

Лишь солнца свет погаснет в небосклоне,
Лишь тьмы Властителя наступит славный час,
Откроются во Мраке очи крови,
Взыграет жажда в их иссохшихся телах.

Изголодавшиеся, они клыки вонзают,
Лишая жизни все невинные тела.
Пьющие кровь – себя так называют,
Их миром правят тьмы века.

Пульсация вены, глухой удар сердца,
Алый нектар струйкой в уста.
И вновь в организме присутствие «жизни»…
Жизнь после Смерти… Уже навсегда.

По тёмному кладбищу блики плывут,
Словно нас по ту сторону ждут,
Призраки душ бродят около нас,
Стоном печальным поведав рассказ.

О той страшной битве, о том жутком дне,
Что воинов жизни унёс в небытие.
Копья из стали пронзили сердца,
Хлынула кровь… Они ждали конца!

Героями стали, отдав жизнь за тех,
Кто ждал их и помнил о них…обо всех.
И слышен их стон средь могил и крестов,
Парящие призраки – души отцов…

Сквозь ветер и стоны различны слова:
«Мы любим родных…Верни нас назад…»
Они не хотели в тот час умирать,
Хотели сражаться! Врага добивать!

Но Смерть обладает могуществом, силой,
Увы, мы не властны её подчинить.
Жизнь – лишь раба в её слепой власти,
Лишь Смерти решать, когда ей уходить.

Вот уж рассвет…Стоны смолкают,
Осталась лишь память да мысли в огне:
«Как много смертей…как много теряют…
А мы лишь живём в сплошном страшном сне.»

По выжженным землям проносится ветер,
Демоны пляску устроили вновь.
Господствует Смерть во владениях этих,
В бурлящих озёрах чёрная кровь.

Снежинками пепел вьётся с небес,
Мрачные тучи заполнили небо;
Вялые розы гниющих сердец
Покрыли ковром увядшее тело.

Луна испускает багряный туман,
Шипами вонзаясь, терзает всё тело.
Смрад источая от порванных ран
Сердце в конвульсиях медленно тлеет.

На этой земле демонов мир,
Пирующих вместе с агонией Смерти;
Разбитой любви сумрачный мир,
Покрытый тлеющим пеплом небесным.

Он вышел из Света и сгинул во Тьму,
Узрел он мир лучше, чем в солнце всходящем,
Простёр руки к небу и сказку одну
Губы шептали, нас не щадяще.

Вампир полюбил прекрасную деву,
Но ведьмой сия дама была.
Теперь вечно покрыт он могильной плитой,
Она погубила слепого юнца.

Был нежным вампиром с бушующей страстью,
Чарующий смех его покорял,
Неистовый взгляд, волнующий нас,
Навеки его в могилу загнал.

Прекрасный вампир, рождённый во Тьме,
Поддался чарующей страсти любовной.
Проснувшись однажды в промёрзшей земле,
Он вышел на свет, любовью ведомый,
Не чувствуя страха и боли.