...ждёмс)))

И стихи не пишутся
И глаза слипаются
Больше не залижется
Больше не расплавится.

Сердце словно маятник
Ещё чуть чуть и скорчится
Циферблат вращается
Ни чего не хочется.

Но хватит грустных повестей
Они меня измучили
Хватит с меня пошлостей
Ухожу в мир лучшего

Туда где идеальные,
Туда где все примерные.
Где люди словно ангелы,
Поют мне колыбельные.

И самое обидное
И самое здесь сложное,
Поверить в то что есть оно:
Это место невозможное...

Как сложно для себя быть тем:
Кем ни являешься ты сроду.
И как легко творить себя,
На лживых глазинах народа.
Быть может нужно жить в дали,
От всей людской гнилой породы?
И видеть сны, как на яву,
О том что нет проблем природы.
И знаю я не выжить мне
Не слиться с этим жадным миром...
Творить легко себя другим,
Собою быть невыносимо...

Ты как мечта, как сон или виденье,
Полётом света мне осветила жизнь.
Тепло, уютно и необъяснимо,
Так хорошо что рядом ты стоишь.

Люблю твои черты, твои привычки,
Когда ты улыбаешься я пьян.
И страшно как то стало по привычке,
Остаться равнодушным к тем морям:

Морям потерь и разочарований
В себе и людях что ползут как грязь,
Но страх пройдёт я знаю он не главный,
В моей душе главенствовал он раз.

Когда тебя не знал я так прекрасно,
Не видел глаз твоих пленительную стынь,
Когда существовал я в сказках
Навязанных унылых и чужих.

И если б завтра вдруг мне рассказали
Что ты и в правду сон или мечта
Что выдумана ты как по писанию,
Что выдумана эта красота.

Не знаю я...наверно, жил бы дальше,
Скрывая чувства за спинами людей,
Которые, их так же, искривляя,
Прячут чудной украдкой за моей.

Мои мысли скучны и не ловки,
Не заметны они для других.
Мои мысли мои зарисовки.
По которым пишу я стихи.

Крепкий кофе...ночная прохлада...
Хлипкий стол...карандаш и тетрадь...
Моё тело осталось за кадром,
А душа пустилась гулять.

В голове возникают виденья...
Словно кадры немого кино...
На бумагу ложатся капелью,
Оставляя меня одного.

И опять я блуждаю в потёмках...
Снова поиск подержанных слов
Мой поэт поджидает в сторонке....
Накопления мыслей и строф.

Ожидание творческой дамы...
И прогулки по краю ножа...
Я живу укрываясь стихами,
Лишь они заставляют дышать...

Вечный город надежд, вечный город потерь,
Груды мыслей мечтаний и планов.
Листопад фонарей, шум горячих сердец,
По бульварам спешащим куда то.
Птицы люди, дома, каждый день суета,
Словно город огромный оркестр:
Состоящий из нас и играющий нам,
Свои буйные тайные песни.
Этот город похож на тебя и меня
Ведь в душе его тоже мы кружим,
Создавая тем самым модель бытия
Под названием человеческий улей...
Ты молчишь по ночам, оживаешь с утра
И опять всё сначала по кругу
Город юных потерь, город сказочных лет
Оставайся мне ласковым другом...

Он и она под звёздною прохладой...
Для них не существует нас,
Лишь только глаз весенняя усталость,
Тепло улыбок и груда старых фраз.

Смотрю на них счастливых безмятежный,
В который раз встречающих рассвет
Смотрю на мир их призрачной надежды
Остаться вместе на много много лет.

Я вижу там её в прекрасном платье
И он красив, и молод, и горяч.
Я вижу их у алтаря с цветами,
Краснеющих от посторонних глаз.

А дальше дом, покупки и расходы,
Работа в офисе, вечерний чай вдвоём,
Непонимания и недомолвки,
Веселье, праздники, прогулки под дождём.

И вскоре он под окнами роддома...
В окне она и маленький дитя...
Они так молоды и несмышлёны
И старость кажется так далека.

Но время торопит события,
Река секунд течёт в моря годов.
И вот они, морщинками покрыты,
На свадьбе сына тихо за столом...

И позже пустоту их дома,
Наполнит звонкий и счастливый детский смех,
И будут бабушка и дед с улыбкой
Рассказывать про юность прошлых лет.

Он и она так многого не знают,
Как сложиться их счастье и судьба.
Но только кажется мне будет всё как надо
Она и он вместе на всегда...

Жизнь, ни кого не прощает,
Пуская судьбою на дно.
Карабкаясь выживают,
Ни все а один на сто.
Кто то сказал мы не звери,
Они нам не братья а сброд.
Легко словам этим верить,
Забыв о жестоком кино.
В котором воруют у бедных,
В котором стреляют в детей.
Где матери скорбью одеты,
Хоронят своих сыновей.
Где девочки школьного детства,
Без страха упрёков и грёз
Стоят на дороге раздето
И предлагают любовь.
И Бога меж тем продавая
Все молятся деньгам смеясь.
Вот новая вера для стада,
Вот новая битва за власть.
И тот кто сказал мы не звери,
Был обязательно прав.
Ведь звери совсем не сумеют,
Сыиграть в этом фильме за нас...

Я просто червь в навозной куче,
Как грустно это понимать.
Здесь копошатся люди мучась,
Стараясь всё же отрицать.

Существование такое
Не выбирали мы отнють.
За нас решила так природа,
Богатых дядей злая муть.

И может каждая пташёнка,
Склевать мою червячью жизнь.
Зарыться нужно всем на долго
В дерьмо бетонно-серых крыш.

Здесь света мало и воняет,
Здесь все привыкли умирать,
Тут только сильный выживает,
Готовый землю с кровью жрать.

Но даже если не вылазим
Из норок маленьких своих,
Не требуем у Бога права
На то что б просто говорить.

Нас убивают, ежедневно.
Живых сажая на крючок.
Меняя нас попеременно
На рыбий порванный мешок,

Я просто червь в навозной куче,
Как грустно это понимать.
Здесь копошатся люди мучась,
Не в силах что то поменять.