Когда расползались иллюзии по углам,
Хотела весь мир расцарапать, испепелить,
Он рядом сидел и читал по моим губам.
Молчанием можно о многом поговорить.

Когда превращалась из куколки в мотылька,
Он просто ладонью мою накрывал ладонь.
Казалось, над пропастью держит его рука
Большая, родная и теплая, как огонь.

Когда выходила за рамки, сползала вниз,
Он, грубо хватая за холку, кричал: нельзя!
Рыдала в жилетку, и слезы, как антифриз,
Его охлаждали, по коже моей скользя.

Когда я ему нагрубила в последний раз
По-взрослому, зная, куда уколоть больней,
Грустнее, наверно, не видела больше глаз
И в будущем боли не чувствовала сильней. 

С тех пор он исчез безвозвратно и без следа,
Смешной. До безумия любящий эту жизнь.
Но даже сейчас, почему-то, спустя года,
Спасает далекое: "Девочка, соберись!". (с)