Каждый новый ожог, поверь, далеко не
случаен.

Что, задело? Не всё ж тебе ранить чужую кожу.

Да не злись, я просто когда скучаю,

Становлюсь до дури на всех остальных похожа.

Вот ты,

Вроде бы самый близкий и вечно первый,

Неизменно к моим пререканьям цинично строг,

Ты один из немногих не рвёшься лечить мне нервы

И не просишь меня подводить ни один итог.

Сколько лет, сколько бед. Видно мы не
умеем иначе:

 - Ты в порядке?

- Конечно.

Вот гордость. О, Боже правый,

Ну какие мы дети. Обиды с пустой подачи,

Без причин и без следствий. Аплодисменты. Браво.

Мы умеем “до крайности” и не умеем “просто”;

Наш инстинкт выживания – размагниченный датчик;

Мы упрямы в конец, и доводят порой до точки

Твои вечные “Да успокойся” и ”Ну удачи”,

И язвительные упрёки, мол, живи, не
сходи с ума,

          День кончается слишком рано,
будь он неладен.

          Знаешь, ты мне наверно
единственный талисман,

          И, наверное, лучшее в мире
лекарство душевных ссадин.