Закат, раскрасивший багряным и фиолетовым летящие облака, сделавший уютными дворики простых домов. Жёлто-серое небо, покрытое пеленой, мешающей слабому утреннему солнцу погрузить город в дневную суету, из-за чего тени исчезают, а люди становятся незаметными призраками на фоне грандиозного постапокалиптического пейзажа, сложенного из, казалось бы, невероятных в реальности красок.
Ночной дождь, рисующий маленькую радугу у каждого фонаря, шелестящий по пустым тротуарам, когда каждая старая улица и бульвар становятся достойными кисти Моне.
Стоячая вода в парковых прудах, где в лунную ночь отражаются узоры ветвей заснувших до весны деревьев.
И музыка, конечно же любимая музыка.
Но прекрасный закат разбивается вдребезги звуками гогота и брани, вырывающимся из голосовых связок, навсегда изуродованных дешёвым алкоголем и табаком, людей. Мираж утреннего пейзажа развеивает дворник, который с упорством дятла долбит свежеположенный асфальт отбойным молотком. Картина ночного дождя валяется скомканной тряпкой, безжалостно размазанная автомобильными колёсами и отброшенная в сторону косяком молодых нищих, мечущихся в бесплодных попытках найти хоть мимолётное счастье. Таинственные тени ночного парка разбегаются и прячутся, потревоженные очередной самочкой, идущей по жизни с упорством и близорукостью коровы на выпасе и не замечающей ничего, кроме своей жвачки да бычков, один из которых старательно крутится рядом, пытаясь промычать что-то романтичное, про то, как он подарит ей Луну, совсем забыв, что недавно он был гордым человеком, способным приручить звезды, не сверни он с пути науки или извилистых лесных тропок искусства ради стоячего болота верности зову природы.
Нет, я не испытываю к людям какой-то исключительной ненависти, а скорее хотел бы не знать об их существовании, как не хотел бы знать о существовании глистов, муравьёв, мышей, некрасивых деревьев, жаркой погоды. Мир был бы более прекрасен, если бы я не знал людей.