Не прикасайся, слышишь! Я – огонь,
Я – твой венок из горько-чёрных роз,
Я – выстрел в небо, риск, азарт погонь,
Я не боюсь ни гнева, ни угроз.

Не прикасайся, умоляю, стой!
Я – лист крапивы, я – весна со льдом:
Я обожгу – безбожной пустотой,
Я обожгу – болезненным стыдом.

Не прикасайся. Я давно мертва.
Я – пепел, нет, я просто грязный снег,
Я – к ветру обращённые слова,
Я – дрожь в последний раз раскрытых век.

Не подходи. Сожми свой оберег.
Ведь я иду по граням бытия,
Ведь я за миг готова умереть,
Не прикасайся...
Поздно.
Я твоя.

- Это не поможет! - сказала Алиса. - Нельзя поверить в невозможное!
- Просто у тебя мало опыта, - заметила Королева. - В твоем возрасте я уделяла этому полчаса каждый день! В иные дни я успевала поверить в десяток невозможностей до завтрака! Льюис Кэролл

сухость губ. немота слов. пустота звуков.
ты во мне - глубоко.
ты во мне - ежеминутно.
одновременно с биением сердца - на, послушай.

по кому ты будешь скучать, когда не сможешь набрать номер и позвонить,
кому ты будешь писать, с кем будешь говорить -
страшно родных пережить, страшно не жить,
страшно за мелочь какую-то не простить,

больно не только от слов "унесла", "вечно" и "навсегда",
случается так, что когда из крана течет вода,
не можешь перестать думать о том, что "вот, я дома,
а ты сюда не зайдешь, никогда, черт возьми, никогда";

кого ты будешь искать в толпе, о ком вспоминать через день,
к кому будешь ходить, за кого презирать людей,
с кем теперь осталось возле дома рвать в квартиру сирень
как теперь существовать, когда всегда мучает мигрень,

ты беспомощна как щенок, как ребенок в своей кроватке,
как воин, проигравший заранее битву, не вынесший этой схватки
с всесильным - оно отобрало всё и заставило писать в тетрадку
имена тех, кто не вернется, никогда не вернется обратно;

в один из вечеров ты перестанешь плакать и постоянно страдать,
кто-то невидимый кладет на плечо руку и начинает тебя спасать,
чувствуешь шепот и стараешься как можно дольше его удержать,
и в этот момент ты навсегда перестаешь кого-то звать.