Она уже давно сидела на качели. Мы так часто сидим.

Её мама мне рассказывала, что когда она была совсем малюткой, она в буквальном смысле жила на них.

Сейчас же мы сидели друг против друга. Так мы часто сидим, у неё во дворе это возможно.

Я запоминал каждый волос на её лице. Как они подымали в небесную ввысь, и
как безжалостно падали на её лицо. Это было настолько прекрасно, что
мне не хотелось ничего тогда говорить. У меня кружилась голова.

Её взгляд, как обычно, смотрел на меня. Но сегодня, если приглядеться,
то можно было понять, что она смотрела сквозь меня. И от этого у меня
кружилась голова ещё больше. О чём она думает? Я хотел что-то сказать,
но сказал совсем не то, что надо было. Я выпалил, что люблю её.

Полный ноль.

Она была всё так же прекрасна. Я представил, как она будет смотреться в
гробу. Её волосы больше не будут так же хаотично  рассекать ветер и
хлестать ей лицо. А мне нравится, как они пахнут. Но это заслуга её
шампуня.

У меня кружилась голова. Я встал и ушёл.

Только пройдя дорогу, я обернулся, чтобы посмотреть на неё. Она плакала.
Тихо. Только сильно прижимала руки к глазам. Чтобы никто не увидел, что
она плачет. Стыдилась этого.

Пошёл дождь, и я скоропостижно зашагал оттуда прочь.

Эгоист я,да.