перешла дорогу, несколько минут постояла на обочине, дослушала очередную невесёлую песню.

почти два часа ночи.

наверное, я странно выгляжу не четвереньках, на столе и с лампой в руках. 

я охочусь на мотылька. точнее, я его выманиваю. чтобы поймать и выпустить обратно на улицу.

проходит минут 10. эта падла наконец вылетает и садится на лампу. я ловлю его свободной рукой. щикотно до ужаса. но думаю что я прекрасный охотник.

далее.

пятна в глазах от долбанной лампы + затёкшие ноги = потеря равновесия. полёт со стола на кровать (слава богам что у меня маленькая комната) длился секунды, но в голове - вечность.

в итоге.. лампа летит в одну сторону, мотылёк в другую, я, собственно, в третью. на крики и грохот прибегают все. и конечно ржут. теперь к моей голове приложен кусок фарша и мне обеспечена ещё пара синяков.

за мотыльком больше охотиться не буду, пусть сидит тут.

спокойной, блять, ночи.

Ася ляпнула сегодня какую-то чушь про хлебных людей (вообще, это название для нашего очередного проекта, который не увидит жизнь, только тсс.), а я задумалась, есть в этом какой-то смысл.)

Если сравнить людей с хлебобулочными изделиями?..

Есть среди нас большие и важные караваи, изящные французские багеты, весёлые и румяные батоны. Хватает и чёрство-сухих сухариков, и всевозможных аппетитных пышек-булочек с невероятным множеством начинок.. )

Да и судьба у нас чем-то похожа. Одни радуют своим чудесным вкусом/видом - шедевры пекарского искусства,  другие же черствеют или плесневеют на полках..

Вообще, кажется, можно было сказать намноого больше, но я очень захотела есть. )

в своих атмосферах неизбежно сгораем,

теряем массы, имена и смыслы.

чужие роли старательно так играем.

пустые головы покидают мысли..

согреть не сможем - засыпем пеплом

сгоревших быстро глупых историй.

мы ведь не рукописи - развеет ветром

по самым окраинам территорий.

Бывают такие моменты, когда сдохнуть хочется сильнее, чем курить утром, или, например, шоколада.. Короче, очень сильно хочется.

В такие моменты я неизбежно остаюсь.. нет нет, не одна.. но в компании себя.. исключительно себя. И это вполне логично, ведь кому может быть нужен ноющий, хнычущий, да и ещё не в меру агрессивный кусок мяса, в который я имею свойство превращаться в такие моменты.

Мне он тоже не нужен, но от себя избавиться сложно. Поэтому, приходится себя лечить, а если точнее, ломать и собирать заново.. Ломать и собирать, без схем, по памяти, но так, чтобы стоновилось прочнее, чем было.

Какой-то бред, но мне просто так нужно..

когда вокруг всё рушится, нужно искать силы не ломаться внутри.

теперь нужно учиться забывать.

фары вспарывают асфальт, как скальпель чью-то кожу,

а за нами такой же красно-кровавый след.

как противно, как мерзко в зеркалах созерцать эту рожу..

поскорее домой и спрятаться в тёплый плед.

у меня между рёбер спят давно тихим сном все вулканы,

в венках тихо журчит ледяная морская вода..

ночь разрежет визг тормозов, разобьёт всё в новые раны..

нам сегодня не по пути, и теперь так будет всегда.

мной быть хреново.

я не оставляю себе шанса.

будущего нет ни у меня, ни со мной.

каждое наше северное направление 

неизбежно превращалось в восточное,

путались стрелки,

сходили с рельс поезда.

ломалось внутри 

даже самое-самое прочное,

крошились мосты,

лопались провода.

у компаса в правом кармане

лет сто как поехала крыша

и стрелка танцует наш вальс,

перемешивая к чертям полюса.

ты меня теперь не найдёшь,

я тебя никогда не услышу,

но помехами в сломанных рациях

останутся голоса.

И есть такие поступки, которые нельзя совершать. Во внутреннем реестре поступков они значатся как "чудовищные ошибки".