И больше нет ничего, всё находится в нас.

Мои глаза болели. 

Ветер, что резал их, будто лезвиями, одновременно приносил и долгожданное облегчение. Этот ветер пах холодом, разрывал лёгкие, вытесняя оттуда нагретый воздух, царапал кожу лица. В его поток вливались мелкие, колючие, холодные снежинки. Было хорошо. В наушниках на полную кто-то пел, песня была динамичной, и заставляла тихо шевелить губами, но не издавая ни звука. Прикрывать глаза и наклоняться вперёд, скалиться, обнажая зубы. Руки, как всегда без перчаток, начали коченеть. Поднести ко рту и пытаться согреть их паром. Так хорошо, когда пальцы болят уже не от холода, а от тепла, кажется, что кости и ткани очень хрупкие и вот-вот рассыпятся. Когда нос не чувствуется, а щёки жжёт пламенем. 
Достать сигарету и, прикрывая огонь рукой, зажечь тонкую бумагу, забитую сушёным табаком. Затяг. Жмуриться от наслаждения. Улыбаться, выдыхая с дымом слова песнию и каждый миг - вечен. Время тянется словно мёд, только золото и тепло заменяется на индиго и снег. Слишком хорошо, что бы себе отказывать. А замёрзшие пальцы перебирают струны невидимой гитары. И прикусывать губы, сдирая зубами кожу, специально не слизывать кровь, чувствуя, как застывает кровавая корка на губах. И тёмные волосы покрываются инеем, белесые пряди серебрятся в свете фонарей, даже в этом кариозном, жёлтом свете всё слишком идеально. А все проблемы отходят на задний план. Нет ничего, всё внутри. И эта сладкая агония, которую нельзя, да и не хочется, останавливать. Когда кровь стынет в жилах, но не от страха, а от восторга. И сигарета тлеет в руке. А снег всё продолжает бить в лицо. Эмоции, которые не передать словами. Сядь рядом и посмотри. Две бездны. Индиго – вверху, девственно белый - внизу. И не хочется спать, как обычно бывает на холоде. И пачка пустеет так быстро. Одна за одной. Во рту горчит, а глотку рвёт. И глаза не смея закрывать. Всё расплывается. Моргнуть, и чёткость поражает своей красотой.­­
Вечность смотреть и наслаждаться. Ждать так долго, но есть ради чего. Слишком сильно хотеть и отдаваться без остатка, даруя себя на раздумывая. И смеяться. Долго, безудержно. Ветер разнесёт радость. Мало кто поймёт, но те, кто прочувствует, обретут ещё одну цель, перейдут ещё один порог на пути к ответу на вопрос «а зачем же жить?». Вот ради этого и жить. Жить, что бы чувствовать. Что бы скалиться навстречу ветру, что бы обжигать пальцы о сигареты. Что бы оставались шрамы от ошибок. Что бы мозг агонизировал от удовольствия. Что бы музыка иглами вонзалась под кожу. Что бы вскрывать эту оболочку безразличия. Серости. Каждый достоин большего, чем ярлык, повешенный на обёртку внешности. Достоин того, что бы найти то самое, к чему он всегда стремился всем своим естеством. Ищите.
А я пока побуду здесь.