Дело увы, как видится мне, не в разговорах. Дело в том, что после 23х мы потеряли единственное, что имеем - мгновение жизни, отдаем его работе, которая выжимает нас. У нас нет новых жизненно необходимых впечатлений. Все, что было рядом и доступно к этому времени - профильтровали собственным опытом и пресытились. Мы мечтали о свободе, о новых возможностях, о путешествиях, но на деле тратим скудный зароботок на еду, оплату счетов, на одежду и чуть-чуть откладываем, если остается, но и откладываем на "черный день", не на "светлый". О чем мы можем говорить в такой ситуации? Да, даже если у нас есть свободные деньги и мы не стиснены в средствах - мы понятия не имеем о том, как их потратить с радостью для души. Да и что такое эта радость мы, увы, так и не познали. Нам хочется, нам необходимо, чтобы кто-то, кто-то умный и уверенный поведал нам о том, что есть радость, что есть щастье, что есть любовь. Но, опять увы, мы уже не дети и мы больше не верим тем, кто хорошо выглядит и красиво говорит. Каким-то невообразимым чувством ощущая ложь, видя тонкие нити за которые он дергает своих марионеток. (Мы могли бы также как он, возможно, но, но нам это противно).

И вот словно маленькие котята присосавшиеся к цицьке мамки-кошки мы взахлеб читаем книги. Но и это не вечно. Мы насытились, молоко теперь кажется пресным. Мы полны чего-то захватывающего, чего-то важного, мы пережили это вместе с героями любимых книг... Нам кажется, что мы это пережили, нам всем сердцем хочется верить в то, что мы что-то пережили. Но нет же, мы пережили всего лишь очередной рабочий день и вечером, присосавшись к очередной захватывающей книге мы улетели в воображаемый мир. Потом с трудом оторвав глаза от книги и грустно вздохнув отправились к Морфею. Наверное мы даже увидим сон, в котором нам достанутся приключения, в котором мы будем героями и в которых своим умом, силой и в следствии везения (куда же без него, ведь каждый книжный герой - везунчик. Иначе умереть ему странице на десятой, пожалуй. В самый раз после описания среды его обитания).

Хм, увлекся я, простите. Я всего лишь, как и вы, хотел поговорить, рискнул высказаться, и беда наша в том, что мы не умеем говорить. Мы не умеем общаться. Постоянно, желая найти равного себе собеседника, достойного общению с нашей толи величественной, то ли недостойной (нужное подчеркните) особой, мы сбрасываем со счетов тех, окружающих, которых, казалось бы, знаем.