Большой пост обо всём и ни о чём.Решил сегодня немного рассказать о наблюдениях. Я вообще в последнее время ничего не пишу по причине отсутствия на то времени, но тут уж не смог не выделить.
В этот раз поговорю об изменениях в, ну, давай назовём это всё "искусством" для взаимного удобства. И о том, насколько значительным переменам порой подвержен человек. Короче, обо всём на свете.
Знаешь, вот мы знакомы не один год. Внушительный промежуток времени, я бы сказал. И за это время я заметил в себе изменения следующего свойства: не став менее раздражительным, я вместе с тем стал намного более толерантным. Это означает, что то же самое событие, что могло бы вызвать во мне вспышку гнева, скажем, два года назад, сейчас вовсе не кажется мне раздражающим. То есть, оно не провоцирует во мне тех движений, какие могло когда-то. Есть и другие перемены. Куда более фундаментальные.
Был период в моей жизни, когда я находился в состоянии ежедневного стресса. Стресс этот аккумулируемого моим нахождением в Интернете. В месте, где каждый страждущий без труда отыскивает себе свободные уши и нужную компанию согласных с его мнением. Так люди варятся годами, слыша то, что желают услышать и говоря то, что хотят сказать. Сейчас это зовут "эхо-камерой". Я зову это задницей страуса. Ты можешь придумать свой вариант.
В этом бульоне из людских останков, мыслящих одинаково, легко оказаться. В нём тепло, в нём приятно, вокруг квакают сплошь образованные люди, "лидеры мнений", на секундочку! Господа достаточно харизматичные, чтобы обратить на них внимание и достаточно агрессивные, чтобы распространить своё (тм) мнение. Их голоса сливаются в убаюкивающую симфонию. И вот я какое-то время находился под впечатлением от кадров, заявлявших о себе некогда, что они-де представляют контркультуру. Что они борются со всеобщей тенденцией. Тенденция эта выражалась в якобы спланированной политике культурных изменений, насильственном замещении одних идеалов другими. Иными словами, они призывали проснуться ото сна, накачать себя алыми пилюлями, присоединиться ко всеобщей борьбе против всяческого навязанного разнообразия, против введения цензуры и разрушения всех устоявшихся правил.
Тут внимательный ты уже видишь несогласованность, не так ли? Как можно быть в контркультуре, защищая тот уклад, который кто-то вот-вот примется расшатывать? Кто такой человек, который борется с революцией? Контрреволюционер, не так ли? Не революционер. Но людям-то нравится быть именно революционерами, а потому они представляют то, с чем сражаются, уже готовой и подчинившей себе всех и вся системой.
Под вуалью бравады и популистских лозунгов бороться с новой культурной революцией отказалась жалкая, серая попытка сохранить статус-кво. Сохранить во всём: начиная с моды и кончая налогами. И проповедниками этой идеи сохранения "всего хорошего" были в основном люди старше нашего с тобой поколения. Зачем же, спрашивается, в бурлящем потоке несущейся вперёд истории пытаться закрепиться на одном месте? Не руками так зубами, но закрепиться!
Да потому что то, что там дальше - это неизвестность, а люди всегда боялись неизвестности. Глядя под кровать в детстве не страшимся ли мы неизвестности, которую нам обещает темнота? И не чудится ли нам сорная крыса в чернеющей дали подкроватных полей? И не легче ли нам становится, когда мы узнаём, что на самом деле это какая-то резинка с засохшим сгущённым молоком, кем-то брошенная туда давным-давно? Мы оказались неправы, мы боялись того, чего нет, дорисовывали себе нечто устрашающее. Может, даже противоестественное. И ведь не то, чтобы крысы там быть ну совсем не могло, не так ли? Но мы перетрухнули, и это был негативный опыт общения с неизвестностью.
Я не говорю о том, что такое событие с незримой крысой, случалось с каждым, и каждый выдавливал из него один и тот же вывод. Это метафора. Неизвестность - это будто бы нечто страшное, но также и неизбежное. Но пока что мы дети, мы не заходим так далеко в своих размышлениях и не делаем нужных выводов. Мы с опаской смотрим на чужую культуру в лице литературы, фильмов, кино (и чем взрослее, тем опасливее становимся, если не терпим неизвестности), потому что она "чужая". Так нам говорят люди постарше, а они для нас - авторитет. Ведь они живут дольше, и значит мир для них менее неизвестен, чем для нас.
С нарастающей опаской мы думаем о возможности смены места жительства. Тревожимся от новостей, и при этом не в силах перестать их читать. Мы словно боимся чего-то упустить вовремя и не вовремя устремиться наутёк от угрозы. Величайшим экзистенциальным страхом в рассказе "Стена" у Сартра был страх главного героя перед неготовностью встретить свою смерть. Он боялся, что вот-вот задремлет, а его - хвать! - и вынесут из казематов на расстрельный двор. И он не успеет осознать всей монументальности, абсолютности, незыблемости погибели, хотя само осознание своей смерти просто отвратительно.
Люди боятся неизвестности. Неизвестности как таковой. И, следовательно, хотят устранить её любыми способами. А тех, кто является проводником, агентом этой неизвестности, они презирают и с удовольствием сделают козлом отпущения, если возможность представится. Чтобы устранить, разумеется. И тут на сцену выходят господа с парой извилин в голове и парой слов в словаре, которые эксплуатируют этот страх и эту вскипающую ярость, направляют её куда надо для своих интересов.
Жизненный пример? Обойдём стороной любимое слово в нашей постсоветской Гардарике, а именно "Стабильность", потому что эта шутка уже обладает нормальными такими синяками и ушибами, и грешно добивать. Как насчёт ставочки? Вот, твоя жизнь вся такая нестабильная, но присоединяйся к нашему ВИП-клубу (платно), сделай по нашему совету одну ставочку (гарантии не даём) и сделай завтрашний день определённо хорошим, полным денег и радости. Или ещё пример: все эти мрази, что топчут наше детство, нашу старую культуру, наш уклад - ну они и суки, не так ли? Ой-ой-ой, ты погляди, в каком количестве мы имеем негров на экране! Уф, ну это война, получается. Это мы против них, выходит. А ты же тоже против них, верно? Ты же за свою культуру, верно? А вот они-то против нашей с тобой страны. Так что записывайся в партию, другалёчек, вноси свои данные в нашу систему и жди сообщения, когда будет следующий митинг.
На последнем примере предлагаю остановиться, потому что я уразумел тут, по каким рельсам мчится этот поезд пропаганды. Смотри, сначала тебе даётся затравка. Что-то броское, какой-нибудь случай из жизни, да ещё и заранее изменённый как выгодно автору. Например, возьмём что-нибудь актуальное. "Слушайте, слушайте! Добрые люди! Опять (важно показать, что это не единственный случай), опять бедную девочку изнасиловал мигрант!". Обычно, если есть подробности, данные о личности или фото - конечно, они публикуются. Умалчивается, однако, что акт был совершён гражданином той же страны, в которой и произошли события. Просто нарочито показывается его "неместное" лицо. "А помните, - продолжают своё сообщение, - помните де времена, когда можно было без опаски гулять по улицам, когда все уважали друг друга и закон?". Апелляция к прошлому, которое для всех является слишком туманным, чтобы вспомнить и определённым, потому что уже было. "А что сейчас? А сейчас не мы заправляем здесь, а они!". Тут вбрасывается идея о неопределённости будущего, вводятся два понятия "мы" и "они", и одни не равны другим. А что будет, когда управлять будет кто-то другой? "Ой, я не знаю, у них такая другая культура! Наверное, будут насиловать, ведь этот насильник из них, а не из нас, и он изнасиловал! Нам надо сплотиться, надо дать отпор! Нам они здесь не нужны!". Тебе даётся задача. Ну и добивка: "А те, кто не с нами, они просто не патриоты, они под вот этих вот готовы своих дочерей класть!".
Пятикнижие читал? Часто упускаемая в экранизациях та часть, когда Моисей сошёл со скрижалям с горы, увидел золотого тельца и молящихся ему, самую малость разочаровался, а потом Бог превратил в мясную взвесь немалую часть еврейского народа. Так вот, это нельзя экранизировать, конечно же, ведь это жестоко. Но в руках любого пропагандиста это самая важная часть истории: "кто не с нами, тот против нас и вообще пидор".
Если ты думаешь сейчас, "ну, это только в политике так", то подумай ещё раз.
Ведь по этой модели работает всё, включая мои любимые кино и игры: сняли тебе сериал "Великая" с Эль Фаннинг - комедию, в которой подчёркивается, что "все персонажи вымышлены". И какой-нибудь недоносок тут же успевает вставить свои пять копеек про "а там негры бояре!". А, да? Прости, что там негры, и прости, что снималось не в настоящем Кремле. Денег не хватило у бездарей!
Или другой пример: в ремастереде "Обливиона" вместо "Пол: муж. и жен." вставили "Боди тайп". Ох, ёб твою мать, что же тут началось! Ведь если мы сегодня сделаем "боди тайп", то завтра все хуи глотать будем. Но по факту хуёв-то глотнул только тот дурачок, который вычленил на экране этот самый "боди тайп", возмутился и дропнул ремастеред самой качественной части серии. Так глотают хуи и все те, кто смотрит фильмы, играет в игры и читает книги в постоянном страхе обнаружить на страницах, на киноплёнке и в следующей кат-сцене транса, чёрного, азиата, блядь, нетестостероново показанного русича, нахуй. Ты понимаешь, что вот для этих самых людей вычленение негров на экране - это самоцель просмотра очередного фильма, и обосновать его существование в кадре надо, а существование очередного "крекера"-беляша - нет, ведь это естественно, ведь это мы всем культуру дали, это мы всех завоевали, а женщин разместили в уютных кастрюле-плиточных резервациях. Целые каналы были возведены за последние пятнадцать лет с одной целью - продать тебе ненависть.
Я вижу, как мир меняется. Я вижу, как неудачные киноленты, на которые ещё десять лет назад зритель просто махнул бы рукой, становятся оружием в руках тех или иных медиа: "смотрите", мол, "наше детство уничтожили! Им лишь бы всё под себя поменять! Им лишь бы больше геев/трансов/женщин (сильных) понапихать в фильм! Ну, понапихали, и что теперь? Не получилось? Ух, сука, они ещё вернутся!". Иногда это пытаются преподнести с иронией, мол, "смотрите, get woke go broke!". И, конечно же, каждый раз такое выступление приправляется экскурсом в историю, когда всё было хорошо, кино, игры, музыка, профессии, профсоюзы, таунхаусы, секс с любовницей, подагра, яхты, членство в партии, избирательное право, собственная паровая бричка - всё это было только мужское. И, по указанной мной выше методичке, вся эта бравада приправляется предостережениями. Мол, ты станешь сойбоем, не-патриотом, еретиком, человеком, уважающим права меньшинств, женщин, интересующимся чужими культурами, если ты не думаешь, как мы! Фу!
Может быть, просто может быть, игры хороши, если они тебя развлекают? Может быть, с фильмами и худлитом то же самое? Мне вот честно плевать, что в фильме "Трагедия Макбета" нихуя не объяснено, почему Макбет Шотландский сыгран Дэнзелем Вашингтоном, потому что с точки зрения драматургии и качества исполнения он таких хуёв в глотку всем экранизациям этого сюжета толкает, что уступает буквально только телеспектаклю с Иэном Маккеленом (который белый, да, но он гей!). Только ему. Аналогичная фигня и с "Полуночной Мессой", где один из персонажей - это мусульманин-шериф, который и сыгран замечательно, и ещё и в сюжет вписан органично. И мне похуй блядь, что в "Хогавартс Легаси" бармен/вумен в трактире в Хоггсмит - это транс-персона. Да ёб твою мать, на фоне бледных (во всех смыслах), неинтересных, похожих в своей наигранной чудаковатости персонажей, он(а) выглядит вполне себе.
И я тут задумался: как мы вообще смогли совершить такой качественный рывок от каменного века до станции "Мир" на орбите (ныне утопленной)? И ты знаешь, я пришёл к неутешительному выводу. Очень печальному, на самом деле. И он заключается в следующем: вся культура разрозненных племён, все технологии различных народов, вся идеология наций есть вензеля на табличке с вырезанными двумя первыми вопросами первого человека: "Что ты, блядь, такое?" и "Как тебя ебать?". Всё. Всё! Все технологии - это о той дубине, которой мы сейчас огорошим вон того другого, чужого. Вся культура до двадцатого века в основе - это оды к священной дубине. Это зарисовки священной дубины. Это сказания о том, как было хорошо или плохо этой священной дубине, но всё обязательно станет хорошо в будущем, и мы всех этой дубиной размотаем. И вообще, наш Бог сказал нам, что принёс нам не щит, но ту самую дубину. И сама дубина от этого как будто толще, длиннее и вовсе не кривее становится, понимаешь? И только исподволь достав свою голову из собственной сраки можно говорить и писать о чём-то ещё. Не то, чтобы попыток не было раньше, но то были робкие поползновения ушей на "подышать" из сфинктера. А сейчас вся голова вышла. И боже, как же этой голове холодно! А вот давеча она по самую глотку была в уютной жопе, да ещё и своей! Поэтому в каких-нибудь современных США нередко можно услышать лозунги о государственном запрете LGTV, о выдворении на мороз (то есть за границы США) граждан США, поддерживающих "не тех людей". О цензуре, о тотальной христианизации всех и вся. Насмехаясь над странами третьего мира - воистину дикими местами, мы всё чаще учимся тому, как решать проблемы их методами: запретить @ разъебать. Потому что "давеча", то есть как живут эти дикие люди, это не то, что "нонича". Почему привёл в пример США? Да потому что они в авангарде этого глобального процесса и на самой вершине человеческого развития.
И я не говорю о том, что назло матери нужно морозить уши. Нет, нужно быть осмотрительным, бдительным, но открытым к возможным изменениям. А изменения будут, этого просто не избежать, не отменить. Неа. Нужно меняться самим (ух, ты!), чтобы в меняющемся мире не зачерстветь мозгом. Оказывается, нужно что-то да делать самому.
История знает множество примеров упадка одних народов и возвышения других. Почему так нахуй? Да потому что павшие народы черствели мозгом и стопорились в адаптации. Так спартанские гоплиты были побеждены македонской фалангой, а фаланга разбита легионом, который был уничтожен ордой сплочённых варваров. Адаптация - это о вечном выживании.
А эти люди, которые мечтают о былом и успокаивают себя воспоминаниями о великом, но проёбанном - если им комфортно, то пусть живут в страхе всю жизнь. В страхе перед новым, неизвестным. Делать неизвестное известным для себя они, конечно же, не будут, потому как тут надобно погрузиться в вопрос, а им лень. Это сложно - понимать! Так что пусть боятся мигрантов, новой культуры, женщин и их прав, но больше всего пусть боятся своей смерти. Не важно, кто и как из нас умрёт. Но трястись будет человек, которому страшно, что там будет. Вдруг не вылезет из торта Пётр и не отворит ворота от Сада (как положено тестостероновому гигачеду после жизни жлоба, ворчуна и просто распоследней скотины).
Даже хвалёный "Рэдпилл" для этих кадров - это о "Матрице", хотя впервые красная пилюля появляется в фильме "Вспомнить всё" со Шварцем, где главный герой предпочитает в итоге остаться в грёзах о себе-великом, сумевшем спасти Марс и найти отношения с красавицей.
* * *
Что такое жизнь? Я могу сравнить её с потоком воды, где нет берегов. Нас выбрасывает в эту жизнь и какое-то время мы плывём с родителями. Они учат нас плавать. Потом мы находим себе партнёра, с которым есть о чём поговорить в потоке. Если у нас есть дети, то мы учим их плаванью, а потом, когда силы покидают нас, утопаем. Можно пытаться плыть назад. Это энергозатратно и бессмысленно. Можно стремиться вперёд, но силы покинут раньше времени. Можно найти свой темп - медленнее темпа одних и быстрее темпа других, - и плыть так. Выбор за тобой. Твой единственный выбор.
