В понедельник у меня первый экзамен, двадцатого июня последний. Потом школа закончится навсегда. Не могу сказать, что огорчена этим. На вчерашнем празднестве не заплакала ни разу и даже не хотела; мне вручили солидную стопку грамот, букет для первой учительницы (уж кого рада была поздравить), мучительно зафотографировали, отправили в боулинг, накормили пиццей и вернули в полуобморочном состоянии домой. День запомнился на редкость плохим самочувствием под вечер (я даже предпочла своему любимому вкусному чаю сон), но раз уж это праздник и "школа закончилась", пусть и буду я в неё ходить ещё добрый месяц, надо поискать хорошее.

Мы неплохо станцевали вальс. Преподавательница фортепиано в музыкальной школе всегда говорила мне: главное - хорошо сыграть начало и конец, а середину всё равно никто не запомнит. Мы синхронно начали и умудрились прилично закончить (по крайней мере никто не упал, как бывало на репетициях). Середина получилась не очень, но её действительно никто не запомнит. Кроме того, наша пара стояла дальше всего от камеры, нас там совсем не видно. Это большой плюс, так как, во-первых, в одном месте я всё-таки напортачила, а во-вторых, мой партнёр - всего лишь какой-то незнакомый мальчик из десятого, это тебе не танец с Пажем, никакой эмоциональной отдачи.

Наша песня со стороны тоже прозвучала приятно. Только со стороны, потому что я, закалённая хором, изнутри слышала все ошибки и их было даже больше, чем на репетициях. Ну да, я бесчувственная совсем, качество исполнения мне важнее, чем душа. К счастью, у родителей и учителей приоритеты другие. Они слушали душу. И то ладно, что снаружи душа звучит хорошо.

Относительный плюс - внешность. Была у меня какая-то накрученная ерунда на голове, были линзы, главное - ленту купили красивую. Гуляла с ней весь день, а ведь после девятого класса всё моё торжественное отношение было выражено в том, что лента неделю висела на видном месте у меня и у друга дома. Ещё я получилась на одной фотографии. Может даже аж на двух. Но плюс всё равно относительный, потому что никаких комплиментов я не дождалась, в том числе от единственного человека, чьи слова в этом деле имеют вес. 

Есть плюсы, никак с последним звонком не связанные. Моя новообретённая способность складывать бумажных журавликов. Шикарный сингл Skillet и тот факт, что они, если приедут осенью к нам, привезут новый альбом. Жаль, конечно, что в Челябинск на концерт меня не пустили. А кому-то повезло.

Маленькое невтемное отступление. Поймала себя на мысли, что меня никто не понимает (поздновато, да). Происходит это по той причине, что вокруг меня сплошь реалисты, пессимисты, пофигисты и всякие другие -исты, а мечтателей нет как нет, будто бы ни единого на весь город. Один мой друг окончательно отошёл от нематериального мира, другой продолжает стабильно грустить, о нелюбви к жизни моей единственной подружки можно слагать печальные баллады. Единственные люди, которые поддерживают мою веру в мечты, остаются нарисованными людьми (что, конечно, хуже их не делает). Есть ещё затаённая надежда, этакий козырь, но его мне не видать до следующей весны, если только я не взломаю школьный архив, не вычислю его адрес и расписание и не начну преследовать.

А ещё я недавно видела своего брата на фотографии. Ну, того далёкого северного брата, на новой фотографии, как он сейчас. И свой идеал детства на последнем звонке. Все такие же красивые, как раньше. Образы из закутков моего сознания. А папа на последний звонок не пришёл, и не надо говорить, что он не знал, что я его не позвала. Он знал. Его новая дочка тоже закончила какой-то там класс. А я закончила школу совсем, и у меня была красивая лента. И закрученная штука на голове. И я читала стихи со сцены. Лучше всех.

Осталось 985 журавлей, четыре экзамена, десять месяцев до наступления времени. И, если повезёт, мой далёкий наблюдатель со стороны, свидимся и мы.