Как прекрасны миры грез. Особенно, когда остальные миры настроены к тебе столь враждебно, что оставаться в них все равно что остаться стоять у только что проснувшегося вулкана : твои глаза и легкие пеленает легкий пепел ненависти, воздух насквозь пропитывается паром уныния, что твои легкие начинают чахнуть прямо на твоих глазах. Ты чувствуешь это каждой частичкой своей души и всем, что находится близко к легким. Каждый вдох - и тебя пронизает чужой воздух, настолько чужой, что ты просто не приспособлен дышать им, и ты начинаешь закрывать глаза в легкой усталости. Следующие моменты ты уже не чувствуешь себя, ведь тебя уже медленно покрывает красновато-черная лава. Ты уже не ты. Лава поглощает тебя и все на своем пути, остывая лишь тогда, когда остываешь ты.

  - Где мы?

  - Ты не узнаешь эти места?

Она задумчиво осмотрела местность вокруг.

  - Это ведь...я видела это, но не могу вспомнить где... - она зажмурила глаза пытаясь уловить фрагменты увиденного в своей памяти.

  - Ты такая смешная, когда усердно пытаешься что-то вспомнить, - он улыбался и всматривался в морщины, которые образовались, когда она зажмурилась.

  - Хээй, ну не смейся, я же не вспомню тогда, - топала она ногой в игривой обиде.

Он подошел к ней, обнял её из за спины и поцеловал в шею.

  - Ты все так же пахнешь счастьем.

  - А ты все такой же теплый, - она гладила его руки у себя на животе, - и все так же трясешься. Почему?

  - Я боюсь.

  - Чего?

  - Потерять тебя.

  - Каждый раз?

  - Каждый раз.

  - Смешной, - легкая улыбка не сходила с её лица.

Они стояли на равнине и вглядывались в озеро перед ними, над которым летали неведомые светящиеся рыбы, которые то плюхались в зеркальную водную гладь, то зависали над ней, словно подвешанные игрушки оригами.

  - Это ведь мой старый сон из детства, - осенило её.

  - Вспомнила, - он сильнее обнял её и прислонил голову к её голове.

  - Значит...это всё лишь сон?!

  - Всего лишь? Разве ты не чувствуешь моего тепла?

  - Чувствую...

  - Разве это небо не более естесственное, чем тот серый сгусток над твоим городом, на котором даже звезд никогда не видно?

  - Оно прекрасно.

  -Разве ты не чувствуешь как щекочет здесь? - он погладил её живот.

Она закрыла глаза, чтобы лучше чувствовать.

  - Чувствую, - не открывая глаз сквозь улыбку сказала она.

  - Реальность - это то, что ты чувствуешь, малыш. Ведь ради эмоций ты живешь. А если ты здесь чувствуешь намного большее, чем "там", то имеет ли важность сон это или нет?

  - Ты даже здесь умничать успеваешь, - засмеялась она и вырвалась из его объятий, - догоняй!

Ее ступни прорезали ковры зелени и цветов, а звонкий смех разрывал воздух. Казалось, этот смех мог долететь да самых вершин неприступных гор, и растопить ледяные шапки своей нежностью.

  - Ну, догоняй, глупый!

Они обнявшись валялись на земле, одаривая друг друга редкими поцелуями нежности. Но вдруг она остановилась и её лицо стало задумчиво-грустным.

  - Но...сны ведь кончаются.

  - Кончаются, малыш.

  - И "там" мы друг другу уже никто...

  - Думаешь, те кто являются друг другу никем могут сотворить во сне свой мир?

  - Не думаю.

  - Мы всегда будем друг другу больше, чем кто-то. Даже если мы влюбимся в других людей, мы все равно будем искать в них что-то, что есть только в нас.

Она обняла его крепко-крепко.

  - Я так тебя люблю...

  - И я люблю, малыш.

*звуки будильника*

Она открыла глаза и осмотрела комнату. "Это был лишь сон" - подумала она, вытирая слезу. Но вдруг ее лицо будто осенило. В телефоне она набрала давно стертый, но не забытый набор цифр.

  © Jhamale