Почему люди просто не могут сказать чего они хотят? Почему? Почему просто не попросить кого-то помочь? Или сделать что-то для тебя? Ради тебя? Ведь если твоя просьба нисколько не ущемляет их интересов? Или если ущемляет? Это ведь вопрос и только. Или нет? Это ещё и намерение, желание… это твоя слабость и боязнь её продемонстрировать… возможно… отчасти…
Черт, как же болит спина. Упасть с такой высоты. Как я только душу не выбил при падении. Черт. Даже от мысли, что придется сейчас вставать, голова начинает кружиться. Верно говорят, что чем выше забрался, тем больнее падать. Чертовски верно.
Может это происходит потому, что нам в детстве говорили, что ты должен всё делать сам? Что ты уже взрослый? Вряд ли. Не всем это говорят, а все молчат о том, что есть внутри. Или потому, что в детстве то, чего мы хотим, часто находилось под запретом и, вырастая, мы впитываем эту установку и переносим её на все: я хочу – этого нельзя – не стоит просить, иначе вызову недовольство и буду чувствовать себя некомфортно (причины дискомфорта выберете сами).
Черт. Улыбаться приятно. Даже когда всё болит. Очень приятно. Хоть я и поранил язык осколком, а все равно во рту вкус сладости… и победы. Черт, как сладко!
Но ведь иногда люди говорят то, что думают. Просят того, чего хотят. Просят помощи. Иногда им отвечают искренне. Как часто? Кто знает. Почему, если ты говоришь искренне, то в ответ получаешь нечто формальное или ничего, или искреннее вранье? Потому что и у других есть намерение, желание… слабость и боязнь её демонстрации… есть то, что в мире дерьмовых идеалов и идолов воспринимается как слабость… есть нерв, который если сильно задеть отзывается не самым приятным ощущением… но ведь можно и иначе задет, ведь так…
Черт. Это было самое геройское восхождение на кухонный гарнитур за банкой варенья в моей жизни! Преодолев все трудности, получить желаемое, упасть и на полу ощутить вкус победы! Это того стоило! Хотя, если бы я попросил у взрослых можно было бы избежать падения и прочего… и ощутить тот же вкус варенья… а если бы не разрешили, то предпринять героическое восхождение… Да черт с ним, где это видано, чтобы кто-то просил что-то у других? Особенно, если этого так сильно хочется?
Черт, как же болит спина. Упасть с такой высоты. Как я только душу не выбил при падении. Черт. Даже от мысли, что придется сейчас вставать, голова начинает кружиться. Верно говорят, что чем выше забрался, тем больнее падать. Чертовски верно.
Может это происходит потому, что нам в детстве говорили, что ты должен всё делать сам? Что ты уже взрослый? Вряд ли. Не всем это говорят, а все молчат о том, что есть внутри. Или потому, что в детстве то, чего мы хотим, часто находилось под запретом и, вырастая, мы впитываем эту установку и переносим её на все: я хочу – этого нельзя – не стоит просить, иначе вызову недовольство и буду чувствовать себя некомфортно (причины дискомфорта выберете сами).
Черт. Улыбаться приятно. Даже когда всё болит. Очень приятно. Хоть я и поранил язык осколком, а все равно во рту вкус сладости… и победы. Черт, как сладко!
Но ведь иногда люди говорят то, что думают. Просят того, чего хотят. Просят помощи. Иногда им отвечают искренне. Как часто? Кто знает. Почему, если ты говоришь искренне, то в ответ получаешь нечто формальное или ничего, или искреннее вранье? Потому что и у других есть намерение, желание… слабость и боязнь её демонстрации… есть то, что в мире дерьмовых идеалов и идолов воспринимается как слабость… есть нерв, который если сильно задеть отзывается не самым приятным ощущением… но ведь можно и иначе задет, ведь так…
Черт. Это было самое геройское восхождение на кухонный гарнитур за банкой варенья в моей жизни! Преодолев все трудности, получить желаемое, упасть и на полу ощутить вкус победы! Это того стоило! Хотя, если бы я попросил у взрослых можно было бы избежать падения и прочего… и ощутить тот же вкус варенья… а если бы не разрешили, то предпринять героическое восхождение… Да черт с ним, где это видано, чтобы кто-то просил что-то у других? Особенно, если этого так сильно хочется?
Мн по нраву
