Твои высокие моральные принципы позволяют тебе класть грязную ложку на стол, пленка кофе с нее собирается в густую каплю, которая расплющивается об стол, медленно прилипая, просачиваясь в щели, капая на пол, потом ниже и ниже,слышишь, в дверь уже звонят соседи с описью испорченного имущества. Маслянисто-черная жидкость, ты думала, на твоей ложке ее мало, но нет, хватит, мои ноги уже промокают, а кожа на пальцах сморщивается потихоньку, как в ванной, после сорока минут остывшей воды, после пары стуков в дверь. Ты скоро там? Ты скоро там? 

Я взрываюсь от этого, и прочел бы нотацию, но мне противно говорить с тобой и даже поднимать глаза. Язык нервно дрожит во рту, я судорожно выдыхаю и крепче сжимаю зубы, чтобы не выпускать его, а он бьется в белую клетку, точит мои десны, воет и просится, зовет кого-то внутри моей головы, я обманываю его. Да, я чуть приоткрываю рот, он толстой змеей пробирается в узкую щель между и я ловлю его зубами. Ложка присыхает к столу. Я пытаюсь ее оторвать, но она не подается, применяю силу, и с хрустом снимаю верхний слой ДСП, соседей снизу засыпает размокшими в труху опилками, я ору на них через глазок. Ты допиваешь кофе.