Процесс поглощения пищи отчего-то придает мужчинам странно безобидный вид, словно все оружие сложено во имя самых обычных, повседневных целей.

Животные более настоящие, чем люди. Они не хотят тебе льстить, не хотят производить на тебя какое-то впечатление. Ничего показного. Какие они есть, такие и есть, как камни и цветы или как звезды на небе.

Свобода — это полное отсутствие каких бы то ни было желаний, и абсолютно свободным может считаться только тот, кто не имеет никаких желаний.

Чудес не бывает. Есть причина и следствие, мечта и реальность, жизнь и смерть — а эта твоя надежда нелепа. Ну а романтичность — вообще курам на смех.

Я вас любил. Любовь еще (возможно, 
что просто боль) сверлит мои мозги, 
Все разлетелось к черту, на куски. 
Я застрелиться пробовал, но сложно 
с оружием. И далее, виски: 
в который вдарить? Портила не дрожь, но 
задумчивость. Черт! все не по-людски! 
Я Вас любил так сильно, безнадежно, 
как дай Вам бог другими — но не даст! 
Он, будучи на многое горазд, 
не сотворит — по Пармениду — дважды 
сей жар в груди, ширококостный хруст, 
чтоб пломбы в пасти плавились от жажды 
коснуться — «бюст» зачеркиваю — уст!

"Новые стансы к Августе" 
Иосиф Бродский