Я жизнь отдал в капкан твоих движений,

Что плоть кроя усмешкой бледных губ,

Озябших и немых прикосновений...

О мой палач, не будь со мной так груб!

Я пред тобой сниму с себя всю кожу,

Я кровью напою землю у твоих ног...

Хоть верю я - сей мир давно безбожный,

Но не покаяться пред истиной не мог.

Я в заточении томлюсь под серым небом,

Души остатки страстно рвутся ввысь!..

И маски сжечь в остатках греха мне бы, - 

Ты за меня, палач мой, помолись.

Тебе не чужды, знаю я, страданья,

У слез твоих простой соленый вкус.

Не раз ты видел жизни увяданье,

Не раз ломал тебя нелегкий этот груз...

Ты cердце предавал, скрывая чувства.

Скрывая же, ты научился жить,

Стойку у плахи - превращать в искусство,

Позволив мне о смерти позабыть...

Строги черты твои, жестки и черствы руки, - 

Презренный взгляд уж стал не замечать.

Я буду ждать, когда, пройдя сквозь муки,

В раю ль, в аду стан вновь твой увидать...

Тонкой нитью по запястьям,

Красной лентой по губам -

Дрожь по телу, страх неясный,

Черной тенью по словам.

Муки слезы и отчаянье,

Тот шаблонный громкий смех,

Записное покаянье

И постывший душу грех.

Столь прозрачные желанья,

Столь похожие мечты!

И один бокал раскаянья 

На столетья пустоты…

Страстью схожие пароли

Тысячи других сердец.

Маски злобы, счастья, боли -

Воображения слепец?

Мир эмоций черно-белый -

Всплески чувств под властью лет.

Все одно и неизменно,

Год и в год, из века в век - 

Лишь по венам ниткой серой

И по векам грубым швом,

С дрожью терпкою молитвы 

И в смятении немом.