Эта книга мне помогла гораздо лучше чем предыдущая. Как и в прошлый раз, я делал заметки по ходу чтения, которые сюда и вывалю. Вторая половина - цитаты, которые хочу сохранить и к которым хотелось бы возвращаться.
Часть I
Прямо в предисловии. "Человек, у которого отобрали всё ему дорогое, страдающий от голода, холода и жестокости, ежечасно ожидающий уничтожения, — как он мог верить, что жизнь стоит того, чтобы её сохранить?"
Ему по крайней мере было на кого злиться, с кого спрашивать, кому противостоять, и верить что с победой над его противником все беды закончатся. По крайней мере те, что сейчас над ним имеют власть.
"Иллюзия отсрочки. Непосредствено перед казнью осужденный впадает в иллюзию, что в самый последний момент он может быть помилован."
Очень знакомо. Подобное я чувствовал перед отбытием в армию. Стыдно мне за себя того. Но это давно прожито и забыто. Подобное же и сейчас у меня периодически возникает. При том это не оформленная в слова и понятия мысль, а лишь внутреннее фоновое состояние, дающее, к слову, передышку от гнетущей реальности, но стоит лишь осознать этот непонятно откуда взявшийся позитивный фон, он улетучивается, как совершенно безосновательный и неуместный.
Как опору, Франкл советует использовать любовь (у него это внутренние разговоры с женой и созерцание ее образа), юмор и искусство.
Так же автор выделяет потребность в уединении. Это как раз я очень остро чувствовал в армии, когда общая казарма на 90 человек, огромный санузел, с перегородками только в метр, и все передвижения строго в строю. Когда все твои вещи проверяют каждый день, из тумбочки могут и крадут все что угодно и ничего своего "неуставного" ты держать не иаеешь права.
"Мы, прошедшие концлагеря, можем вспомнить людей, которые ходили по баракам, утешая других и подчас отдавая последний кусок хлеба. Пусть их было немного, они служат достаточным доказательством: у человека можно отнять все, кроме одного — его последней свободы:
выбрать свое отношение к любым данным обстоятельствам, выбрать свой собственный путь."
В целом согласен. Во мне очень развито чувство справедливости, совести, которое загрызет, в случае если его не слушать. Но ведь существуют люди которые вообще не обременены подобными качествами. И тут встает вопрос, это врожденное, или приобретенное?
"То, как человек принимает свою судьбу и доставленные ею страдания, то, как он несет свой крест, дает ему полную возможность — даже в самых тяжелых обстоятельствах
— придать более глубокий смысл своей жизни. Он может
остаться мужественным, полным достоинства и бескорыстным. Или в жесточайшей битве за самосохранение он может забыть свое человеческое достоинство и стать не более чем животным. Здесь у человека есть шанс либо воспользоваться этой возможностью, либо забыть о ней. И это решает, будет ли он достоин своих страданий или нет." В конце — отсылка к Достоевскому: «Есть только одно, чего я страшусь: быть недостойным своих страданий.»
Не знаю насколько это применимо к смыслу жизни, зато отлично применимо к термину "Человек", ибо в любой ситуации нужно оставаться человеком и не скатываться до уровня животного.
Вот только это не облегчает страдания, а преумножает их. На животном уровне гораздо легче переносить все жизненные тяготы.
А тут пример выдергивания слов из контекста. Фредерика де грааф использовала цитату из книги Франкла в качестве примера "духовности" в самых нечеловеческих условиях, конечно же ХРИСТИАНСКОЙ духовности:
"...женщина знала, что умрет в ближайшие дни. Но несмотря на это, она разговаривала со мной весело. «Я благодарна судьбе за то, что она меня так тяжело ударила,»
— сказала мне она. — «В моей прошлой жизни я была избалована и не относилась всерьез к духовным достижениям.»
На этом цитата у нее заканчивается. Между тем в книге есть продолжение, которое христианин конечно не мог упомянуть, ибо контекст вдруг оказываеься не христианский:
"«Это дерево — единственный друг, который есть у меня в моем одиночестве.» — Через окно она могла видеть только ветку каштана и два цветка на ней. — «Я часто говорю с этим деревом.» Я был поражен и не знал, как понять
ее слова. Может быть, это бред? Может быть, у нее бывают галлюцинации? Я со страхом спросил, отвечает ли ей дерево? — «Да.» Что оно ей говорит? Она ответила: «Оно
говорит мне — я здесь, — я здесь — я есть жизнь, вечная жизнь.»
То есть духовные достижения, о которых говорит эта женщина, не относится к христианской вере, а понимается в более широком, философском смысле.
Часть II
Понравилось:
"На вопросы о смысле жизни никогда нельзя отвечать огульными утвержениями. «Жизнь» не является чем-то абстрактным и неопределенным, это нечто очень реальное и конкретное, и, точно так же, ее задачи реальны и конкретны. Они составляют судьбу человека, которая различна и уникальна у каждого. Ни человека, ни его судьбу нельзя сравнивать с любым другим человеком и
любой другой судьбой. Ни одна ситуация не повторяется, и каждая ситуация требует своего ответа. Иногда
ситуация, в которой оказывается человек, требует от него изменить свою судьбу действием, поступком. В других случаях для него более благоприятно воспользоваться возможностью выждать — и это может быть лучшей реакцией. Иногда требуется просто принять судьбу как она есть и нести свой крест. Каждая ситуация уникальна, и всегда есть только один верный ответ на нее. Когда человек понимает, что его удел — страдать, он должен принять это страдание как свою задачу, свою единственную и уникальную задачу. Он должен понять, что
даже в страдании он уникален и один во всей вселенной. Никто не может освободить его, или облегчить его страдание, или взять его на себя. Единственная его возможность — решить, как он будет нести свое бремя."
А вот это для меня ново:
"Я считаю опасным ложное понятие душевной гигиены, предполагающее, что человек в первую очередь нуждается в равновесии, или, как это называется в биологии, «гомеостазе», т.е. в ненапряженном состоянии. В чем человек действительно нуждается — так это не в расслаблении, а скорее в стремлении к значительной цели, свободно выбранной задаче, — и в борьбе за ее выполнение. Он нуждается не в снятии напряжения любой
ценой, а в зове потенциального смысла, ждущего от него осуществления."
А это должно работать, что—то похожее я уже встречал в ГПМРМ:
"«Живите так, как будто вы живете уже второй раз, и как будто вы совершили в первый раз ту же ошибку, которую собираетесь совершить сейчас!» Мне кажется, что этот принцип, как никакой другой, способен пробудить в человеке чувство ответственности; сначала он позволяет вообразить, что настоящее — это прошлое, а потом — что прошлое еще можно изменить и исправить. Такая инструкция ставит его лицом к лицу перед конечностью жизни, а также перед окончательностью того, что он делает со своей жизнью и с собой."
Любовь по Франклу:
"Любовь — это единственный способ понять другое человеческое существо в глубочайшей сути его личности. Никто не может полностью понять саму сущность другого человеческого существа, если он не будет его любить. Любовь придает нам способность увидеть особенности и самые существенные черты любимого человека, и даже больше — увидеть его еще не реализованный потенциал. Более того, своей любовью любящий человек помогает любимому реализовать этот потенциал. Заставив любимого осознать, чем он может стать, можно помочь ему осуществить свои возможности."
А это вообще гениально...
"Однако свобода — это еще не самоцель, а только половина дела. Свобода — всего лишь негативная (обратная) сторона цельного понятия, позитивной (лицевой) стороной которого является ответственность. Действительная свобода может выродиться в простой произвол, если она не ограничена ответственностью. Вот почему я рекомендую, чтобы статуя Свободы на восточном берегу Америки была дополнена статуей Ответственности на западном берегу."
Резюме (хоть и немного вырванное из контекста):
"Трагическая триада - (1) боль, (2) вина и (3)
смерть."
"«Наилучшее» на латыни называется optimum — вот почему я говорю о трагическом оптимизме, т.е. оптимизме перед лицом трагедии и с учетом потенциала человека, который в своем максимуме позволяет (1) обратить страдание в достижение и подвиг; (2) использовать вину как случай изменить себя к лучшему; и (3) найти в преходящести (конечности) жизни стимул к ответственным поступкам."
О счастье:
"В глазах европейцев важной характеристикой американской культуры является императив: опять и опять приказывается и предписывается «быть счастливым». Но счастье не может быть объектом стремления, погони; оно должно быть результатом чего-то другого. Надо иметь основание «быть счастливым». Тогда счастье возникает само собой."
Период сложный, настолько что спросить совета не у кого, а кто такое прошел - спрашивать не хочется, они сами травмированы настолько, что лучше не трогать, да и большая часть из них не пришла толком в норму, хоть так и не считает.
А ещё нравится с каких высот вы этапы жизни человека просматриваете...
хорошая идея, мне нравится. и книга хорошая, правда, мало что помню.