За окном такие чудные, тяжелыми тушками нависшие на дома, свинцовые облака, что как-то не честно было бы не сказать об этом хотя бы своему электронному дневнику. Кажется, в них собраны все оттенки тепла и холода. Все, которые только можно вообразить. Они с каждой минуткой собираются в такие по-весеннему романтичные фигурки, что меня перестает волновать критическое соотношение объема домашки и времени до сна. 

А вчера прилетела моя девочка. Я просидела у неё полночи. Пускай и большую половину, смотря немое кино по телевизору рядом с сопящим созданием, держащим мою руку. Все равно тогда я чувствовала… А я ничего не чувствовала. Только сладкое умиротворение и парящую легкость.

Мое подсознание все чаще дразнит меня провокационными снами. Все, о чем я стараюсь забыть и уже почти достигла желаемого, накрывает меня огромной волной, стоит мне только переступить порог царства Морфея. 

Все вокруг так же тянет и вяжет, как хурма. Потому что даже моя единственная цель сорвалась, как рыбка с крючка.

Мой комнатный цветок Виталик сдох. И я отправила его к остальному мусору. Он, бедный, не принял моего климата и я больше никогда не буду заниматься таким глупым занятием, как наделять именами растения. 

Виновники моего поста, золотые облака, уже растворились в сером небе и не оставили следа. Смеркается. Я доделываю последнюю работу номер 48, забываю на сроки написания какой-то левой сомнительной статьи и иду пересматривать "Сид и Нэнси" в n-ый раз.