Одним летом ее жизнь обещала кардинально измениться. Алиса переезжала в новую квартиру, устраивалась на работу в новом городе и уж никак не собиралась забирать с собой что-то из прошлой жизни. Да и нечего было забирать. Со всеми распрощалась и уверилась, что никто не будет скучать и тем самым мешать привычному ее существованию.
Вот она квартира, как хотелось, почти все на своих местах. Никто не мешает делать то, что хочется. Только у одиночества есть минусы. Не с кем поговорить, разве с кошкой, некому кофе сварить, не с кем смотреть фильмы о всяких глупостях.
Ладно, она все сама. Ничего, выходит, только иногда ночами кажется, что просыпается не в своей, а в другой. А еще порой хочется, как кошке, к кому-то прижаться и мурлыкать. Да ладно, пустота лучше, чем наполнить пространство кем попало. Это уж точно. 
Она ведь всегда пыталась быть хорошей девочкой. Она не давалась в руки чужим. Она вообще и любила то одного человека, а потом сильно увлекалась вторым, но сглупила и все исчезло. Иногда по вечерам она вспоминала все глупости и звонила подругам поговорить о том.
В квартире никогда не утихала музыка. Постоянно было что-то, что должно имитировать жизнь и убивать одиночество. Еще всякие онлайн разговоры и телефон без умолку. Вот вроде куча знакомых и желающих поговорить, но не здесь.
Одиночество сводило Алису с ума. Вот уже ей стало что-то казаться в пустоте, как ничтожная попытка сознания заполнить прогалины в пространстве. Она забывала, как казалось, закрыть дверь на лестницу, выключить свет в туалете. А однажды из ванной была слита вода, но Алиса о том, как это сделала, вспомнить не смогла. 
Отдельно нужно рассказать об Алисиной кошке, которая вечно мурлыкала, очень уж была разговорчивой. Так же бегала по квартире и вечно ловила несуществующие вещи или создания. Иногда Алисе в голову даже приходила мысль, что кошка видит то, чего не видит она, но мысль сразу отвергалась как полный бред.
Да, во всем виновато одиночество и ничто больше. Оно заставляло порой задумываться, куда девались те или иные вещи. Алиса же их не трогала. Когда она переложила деньги из сумки в карман одежды? Она не могла вспомнить некоторых действий, уже склонялась к мысли, что ночами куда-то ходит, вроде лунатика.
Вот Алиса сама себе заваривает чай, прогуливаясь по квартире в белье, Алиса поет во весь голос незамысловатые песенки, мурлыкала в ответ кошке, торчит на балконе, глупо смеясь. Она курит в окошко и приносит домой нелепые вещи, танцует, вытирая пыль, и позволяет себе не мыть посуду.
Иногда у нее бывает ломка, то ли по веществам, то ли по людям. Она мечтает, что б к ней кто-то приехал, все равно откуда, но она боится, что ее посчитают глупой, если вот так кого-то приглашать…
Уже со счета дней сбилась. Вот в один не считаный день все было как всегда – она раздетая почти, с растрепанными волосами остро ощутила присутствие кого-то. Осмотрелась, проверила двери, выглянула на лестницу – ничего. Ладно, показалось.
Вернувшись в квартиру, одиночка заметила, что ощущение не покинуло ее, но она списала это все на глупости и напряжение, продолжала с этим ощущением жить дальше. Такая вот жизнь с привкусом паранойи. 
Все стало не так, когда однажды, в ванной она ощутила прикосновение. Она никого не видела, не слышала, да и что можно было слышать, когда на всю квартиру звучали все те же глупые песенки? По коже что-то пробежало, еле заметно, но все-таки ощутимо, потом еще раз. Алиса почему-то не испугалась, её полностью поглотило это ощущение. Это было приятное чувство. 
Оно исчезло, как и появилось. Внезапно, словно кто-то отдернул руку. И Алиса не знала радоваться или грустить. Потом оно приходило снова, гладило кожу, прикасалось к шее, девушка не пыталась сбежать. Она даже привыкала к этому. Иногда сама звала кого-то.
Алиса не могла понять: она сошла с ума или правда это все происходит, более того, она не знала, какой из двух вариантов хуже. Однажды она решила рассказать лучшей подруге обо всем, что бы все как-то разрешилось. Подруга решила проверить все лично. Так и решили.
Вот Алиса вела в свою квартиру постороннего человека, вот она впустила-таки людей в свою башню. Она позвала кого-то, просила показаться, заговорить. Она задумалась: почему раньше не пыталась поговорить, просто была парализованной ощущениями. Звала и звала, но ни голоса, ни движений, ни прикосновений. 
Подруга смотрела с укором и жалостью. Посоветовала обратится к психологу или найти себе кого-нибудь. В глазах Алисы проступили слезы: не уж то она и правда сумасшедшая? Или он подвел её? Все помрачнело, это ведь единственное, что случилось с ней за последний месяц и вдруг это окажется просто галлюцинациями, парестезиями? 
Она молча проводила подругу, зашла в квартиру, закрыла все двери, сделала себе чаю и сменила те глупые песенки меланхолией. Она дала волю эмоциям. Она так хотела снова ощутить прикосновение, но вокруг была лишь пустота.
На следующий день Алисе уже звонили, с намеками на необходимость обратится к психиатру. До того черно белый мир полинял ещё больше и стал просто серостью. Никого. Ничего. Нет надежды, есть лишь сумасшествие. 
Алисе никогда не приходили в голову такие глупые мысли. Вот она сидит в ванной, окутанная пеной и все глубже ныряет, уже не дышит. Нет смысла. В ее крови химия и только. Она просто забывает как дышать. Забывает боль. Неподвижное тело вот и всего.
Пробка из ванной медленно поднимается, всплывает, вода утекает прочь. Тело лежит в уже сухой ванной. Тушь размазана. Глоток воздуха, тело встрепенулось. Она проснется где-то через час в ванной с отекшими конечностями в полном недоумении. Она больше не сглупит.