- Шин-чаан, - Такао тяжело дышал, уткнувшись где-то носом в лопатку и неожиданно укусив, оставив кровавые метки на коже, будто помечая свою собственность.
Мидорима зарычал, словно хищник, но сейчас было все равно, хотелось, чтобы эта сладкая пытка продолжалась вечно.
Такао кончил, и Шинтаро почувствовал, как по внутренней стороне бедра потекла теплая белая жидкость. Он кончил сразу вслед за Кадзунари, изливаясь в его ладонь.
Такао прижался всем телом к спине своего любовника, пытаясь дотянуться до его губ, чтобы снова накрыть их поцелуем. Он чувствовал все ещё неровное дыхание Мидоримы.
- Может, все же развяжешь меня? - произнес он хриплым голосом. - Хотя, тогда тебе не избежать последующего наказания.
- Тогда ж я все же рискну, - усмехнулся Такао, поглаживая Мидориму по вспотевшим волосам цвета зелени, перебирая пряди, - Но оно ведь того стоило.
Мидорима не мог не согласиться.
- Как захочешь, любовь моя, - Такао наклонился вперед, нависая над Мидоримой, успокаивающе коснулся губами виска. - Расслабься, тебе не будет больно.
Шинтаро не смог сдержать сдавленного стона, когда в него наполовину вошел разгоряченный член Кадзунари. Было не то чтобы больно, скорее, неожиданно.
Толчок. Другой. Такао развратно двигал бедрами вперед, стараясь проникнуть глубже. Он уже сам прикусывал губы в порыве страсти. Поглаживать эти красивые изгибы желаемого тела, все сильнее вдалбливаться в эту упругую задницу, чувствуя обжигающее тепло внутри Мидоримы.
Это сводило с ума, срывало крышу, глаза застилала пелена безумия, дыхание становилось рваным.
В воздухе витали стоны наслаждения, голоса, звучащие в унисон, для Мидоримы нестерпимое ощущение боли смешалось с необъяснимым удовольствием, что эти ощущения были для него едины. Такао свободной рукой проводил по члену Шинтаро в такт толчкам. Тот уже охрип от криков, из-за запотевших стекл очков виделись лишь размытые пятна, плясавшие перед глазами.
- Ну ну, тише, Шин-чан, это будет совсем не больно, - успокаивающе пропел Кадзунари, нежно проводя пальцами по линии позвоночника, невольно заставляя Мидориму выгибаться в спине от этих прикосновений.
- Остановись немедленно, Такао, это уже не смешно, - румянец на щеках и ноющий член уже выдавал Мидориму, но Такао лишь раззадоривал, дразнил его прикосновениями, поглаживая его ягодицы, бедра, прижимаясь пахом к ним. В один момент он нащупал рукой на тумбочке тюбик со смазкой, с хлюпающим звуком выдавил себе на ладонь и поднес руку к внутенней стороне бедер.
- Только попробуй, в последний раз говорю, а то...
- А то что, а, Шин? - насмешливый голос, в котором угадываются нотки торжества и удовольствия, и тогда он почувствовал, как в анус по очереди входит сначала один, потом два, три тонких пальца.
- Шин-чан, ты такой узкий, - протянул Такао, издав тихий смешок и продолжая растягивать плотное кольцо мышц внутри.
- Такао, прекрати болтать, давай уже... - скрывая смущение и опуская взгляд пробурчал он, немного ёрзая от непривычного ощущения.
- Заткнись, Такао. Лучше развяжи меня, пока не пожалел об этом, - Шинтаро не хотел признавать то, что поцелуи, прикосновения, ласки сводили его с ума. И вообще, потакать капризам и внезапным шалостям своего одноклассника он не собирался.
- Перестань сопротивляться, я не причиню тебе вреда, ты знаешь. - Такао проводит рукой по груди, животу, чувствуя, как мышцы напрягаются под пальцами. Мидорима поджимает губы, отводя уже явно смущенный взгляд. Но его лицо невольно трогает легкий румянец когда Кадзунари проводит рукой все ниже и ниже, нащупывая уже достаточно выпирающий из-под трусов бугорок. Шинтаро уже не мог скрыть зардевшееся от смущения и стыда лицо.
- Ах, Шин-чан, ты же желаешь, чтобы я тебя трахнул, я знаю, даже и не думай этого скрывать, - Такао издал ехидный смешок, приподнимая уголок рта в развратной улыбке. -Ты знаешь, Шин, ты такой милый, когда стесняешься.
- Ты доиграешься, Такао, - угрожающе произнес Мидорима, нахмуривая брови, когда Такао ловко спустил его трусы вниз, оголяя упругие ягодицы. Гордость все ещё не позволяла позволить этой мелкой вредной, но любимой заразе одержать над ним победу.
Такао разворачивает лицо Мидоримы к себе, держа пальцами подбородок и натыкается прищуренный на взгляд зеленых глаз из-под опущенных густых ресниц, негодующий, призывающий остановиться во что бы то ни стало. Но Такао это лишь раззадоривает.
- Я бы хотел услышать твои стоны, - с улыбкой бросает он, расстегивая ремешок, чтобы освободить его рот.
Мидорима ещё не успел произнести ни звука, когда Такао коснулся его губ поцелуем, перед которым Шинтаро не мог никогда устоять. Кадзунари вовлекал его в поцелуй постепенно, сначала легко дотрагиваясь кончиком языка и легко проводя по верхней губе, затем нежно и соблазняюще посасывая нижнюю, отстраняясь, чтобы взглянуть, как его партнер буквально тянется, чтобы получить ещё дозу этого всепоглощающего наслаждения, и затем только впился в губы, углубляя поцелуй, проворно, словно играясь, проникая в рот языком и не встречая почти никакого сопротивления.
- Ты хочешь меня. Ведь так, Шин-чан? - чуть отстранившись и выдыхая в губы, усмехнулся Такао.
Мидорима всегда верил в гороскопы. Тот день, обычный вторник, не предвещал ничего плохого: первое место в Оха Аса, талисман дня, черные ремешки, также были приобретены ещё этим утром.
"Что и когда пошло не так?" - пронеслись мысли в голове недоумевающего Шинтаро, когда он лежал в собственной постели почти раздетый, его руки были плотно перевязаны талисманом дня, ещё одним более широким ремнем был затянут рот. А когда ещё над тебе восседает собственный уке, с явным намерением тебя трахнуть, что легко читается в его бесстыжих сверкающих серых глазах.
- Шин-чаан, - наклоняясь ближе, томно шепчет на ухо Такао, щекоча шею обжигающим дыханием. - Не будь таким хмурым, расслабься.
Мидорима лишь невнятно мычит в ответ, но по интонации то и дело очевидны нотки недовольства и протеста. Такао хитро улыбается, облизывает острым языком мочку уха, легко и возбуждающе посасывая, прикусывая её.
- Тебе понравится, я тебе обещаю. Ты ведь мой сегодня, Шин-чаан, - Кадзунари игриво тянет его имя, явно дразня лежащего под ним парня, наблюдать тщетные попытки Мидоримы к сопротивлению его определенно заводило.
Кончив в него, я довольно потянулся и приступил ко второму акту. А потом к третьему. Я медленно доводил его до исступления. Кстати, в то время, как я кончил 4 раза, он целых 10, что лишний раз показывает любовь Кагами к гамбургеру. Я был польщен, а поэтому ебал его до 8 утра. Его сладкие стоны раздавались по всей округе. А потом я вспомнил, что в 9 обещал быть у папки Рико. Я отцепил Кагми от батареи, он напоследок сделал мне сасай, и сказал мне, чтобы я приходил почаще. Я, конечно, согласился. Затем снял с него занавеску и улетел.
Тогда я поднес свой хуй к его рту, а он, чувствуя это, открыл рот. Я сразу же начал буквально ебать его в рот. Кончив ему на лицо, я достал смазку и открыл ее. Кагами сразу же сладко простонал, не забыл еве аз признаться гамбергеру в любви.
Решив не скупиться и вылить ему на очко сразу весь бутылек, я сделал это. Правда, мне потом пришлось долго успокаивать Тайгу: он хотел вылизать себе очко из-за вкусного запаха, но не суть. Я успокоил его, дав ему хуй за щеку. Пососав его, он угомонился. Тогда, я, наконец-то, решил приступить к анальной долбежке. Так как я сразу ввел весь хуй, он заорал на весь замок. Не обращая на это ровно никакого внимания, продолжил вдалбливаться в него, нежно поглаживая по щеке.
Я прочитал это, и на моих глазах невольно выступили слезы. Вдруг в этот самый момент Кагами зашел в комнату. Благо, что я, с помощью антигравитации, успел взлететь и Тайга меня не заметил. Когда он разделся и начал тихонько фапать на портрет Гамбургера, я подкрался сзади и закрыл ему глаза. Он решил, что я - гамбургер, пришедший после долгих молитв. Он спросил гамбургер ли я. Я сказал что нет, и набросившись на него, я приковал его руки к батарее, на которой, к слову был нарисован гамбургер. (я поборол его с помощью эффекта неожиданности) Кагами стал пытаться выбраться и орать. Тогда я, с помощью занавески, завязал ему глаза и сказал ему, что он может представить гамбургера вместо меня. Он сразу согласился.
Увиденное шокировало меня. Оказывается, что любовью всей жизни Тайги был гамбургер, на которого тот фапал по ночам. Там были сотни плакатов с гамбургером, там был эталон гамбургера, но больше всего меня привлек листок, прикрепленный к самому большому плакату гамбургера. Я подошел и прочитал аккуратную писанину Кагами “ Знаешь, гамбургер, хоть ты никогда это и не прочитаешь, я должен написать, что люблю тебя. Безумно, до боли в сердце, до эрекции. Да, я груб с тобой, но это скрывает мои истинные чувства к тебе. Люблю...”
сейчас карач я напишу реальную историю с:
Было уже четыре часа утра. Я, захлопнув крышку ноутбука, довольно потер ручки в предвкушении секса. Со стола я взял наручники. Немного пораскинув мозгами я решил, что раз Кагами никому не давал, стало быть, очко у него невероятно узкое. Достав из ящика смазку с запахом гамбургера, я довольно вышел на улицу и сразу же понял, где скрывается Тайга: нюх у меня на это (да-да, носа нету, его карач поверхность мяча заменяет). Включив антигравитационный режим, я отправился в Ирландию. Следуя инстинкту, я вскоре очутился возле старинного замка, и невольно удивился тому, как ревностно Тайга охраняет свой анус. Но меня-то не проведешь. Облетев вокруг замка, я нашел единственное открытое окно. Я залетел в него и увидел алтарь Кагами.
5)-Ну?–Дайки тяжело выдохнул, резко толкнувшись вперед, наслаждаясь сладким стоном мальчишки - И каково это? Приятно?–еще один толчок выгнул Рё дугой.
- Вы даже не представляете...Как это...Классно!–шептал Сакурай, наклонившись к синеволосому вплотную так, что все его тело было плотно прижато к телу партнера, а его язык мог лишь еле касаться желанных губ Дайки. Рё, ластясь к разгоряченной груди Аомине, начал сам двигаться, позволяя члену проникать в его тело максимально глубоко.
Хитро улыбнувшись, Дайки резко вскинулся, подминая Сакурая под себя, и начал ожесточенно вколачиваться в такую давно желанную задницу. Рё извивался и прогибался под ним, как змея.
Кончил первым Аомине, шумно выдыхая и вдавливая Сакурая в ворох подушек, а Рё, закатывая глаза от удовольствия, шептал одно лишь имя: «Аомине-сан...Аомине-сан...»
- Ну что, избавился от одиночества – уже засыпая, спросил Дайки, водя пальцем по голой спине Сакурая, лежащего рядом.
- Кажется, да. Я надеюсь, что такие процедуры еще будут, Аомине-сан?..
- Посмотрим. В следующий раз я не откажусь от минета. – засмеялся синеволосый, вгоняя Рё в притворное смущение. «Оказывается, ты такой похотливый, мой Рё».
4) - Да!.. Я буду...Послушным-м-м~... – Рё протяжно застонал, когда пальцы Дайки проникли в ложбинку между его ягодицами мальчишки. А затем синеволосый и вовсе проник пальцем в анус партнера.
- Черт...- Аомине тихо зарычал , продолжая методично растягивать Сакурая, уже двумя пальцами проникая в него, добавляя и третий – Эта подготовка, прелюдия...Я бы тебя сразу разложил и трахнул, грр-р~!
Рё как бы нечаянно заерзал задницей по бедрам Аомине, потерся о его возбужденный член и тихо-тихо сказал:
- Я уже готов.
Глаза Дайки загорелись, движения стали резкими, рваными. Он вынул пальцы из ануса Сакурая, и уже было хотел проникнуть в мальчишку, когда тот внезапно извернулся, потянулся своими худыми руками назад, обхватив себя за ягодицы. Синеволосый не успел ничего понять, а Рё, закусив губу и прикрыв слезящиеся глаза, начал сам насаживаться на внушительных размеров член Аомине, постанывая то ли от удовольствия, то ли от распирающего чувства в заднем проходе.
- А я и не знал, что ты такой похотливый, Рё.
- Только...для...Вас! – на последнем слове Сакурай громко ахнул, когда член Дайки полностью вошел в него. А затем просто остановился, невидящим взглядом смотря на Аомине.
3)Сакурай молча лежал, поджимая губы и поскуливая от удовольствия, иногда широко распахивая глаза, когда ощущения были особенно яркими.
- А ну-ка... – Аомине навис над партнером, затем сгреб его в объятия и, ловко перевернувшись, усадил Рё к себе на бедра, оказавшись «оседланным». Оголенная кожа обоих еще сильнее начала зудеть, изнывая от желания прикоснуться, почувствовать друг друга.
- Аомине-с...сан! – мальчишка недоуменно уставился на довольно ухмыляющегося Аомине, который, улыбнувшись еще шире, легонько толкнулся бедрами вверх, заставляя Сакурая вскрикнуть и сильно прогнуться в спине.
- Ты как кот. Да. Похотливый котенок. – тихо сказал Аомине, сильнее впиваясь пальцами в упругий зад Рё и толкаясь еще раз.
- Аомине-сан...Я..Я не могу, хочу...Так хочу!..
- Чего ты хочешь? Скажи вня~ятно. – издевательски пропел Дайки.
- Хочу... – Сакурай облизнулся и, тяжело дыша ртом, проговорил - Вас!..
- Ммм... А ты будешь послушным? – Дайки несильно провел пальцами по пояснице Сакурая, затем по ягодицам.
2)И впился жадным поцелуем в губы Рё. Тот ошарашено замычал, но укусы от Дайки дали понять, что вырываться не стоит. Трясущимися пальцами, он провел сначала по плечам Аомине, потом по его рукам, а затем обвил напряженную шею. Все же, целоваться с тяжелым форвардом имело одни плюсы – Аомине пер напролом, жадно кусал, обнимал, вылизывал губы, шею, ключицы мальчишки. «Какого черта ты такой сладкий, маленький подонок?» - пронеслось в голове Дайки, в то время как его руки нетерпеливо снимали с Сакурая футболку, оттягивали резинку шорт и трусов.
- А..Аомине-сан, может...Не надо?.. – промямлил Рё, разрывая поцелуй.
- С ума что ли сошел? Я так хочу тебя здесь и сейчас, а ты хочешь остановиться, глупый Рё?
Сакурай покраснел, как рак, затем задумался на секунду, тряхнул головой и боязливо потянулся руками под майку Дайки, потихоньку раздевая его.
- Какой хороший мальчик. – прошептал Аомине, опрокидывая Сакурая на спину. Прошелся руками по его ребрам, сосчитав их, обвел круг солнечного сплетения, губами и языком снова потянулся к шее. Оставил ярко-вишневый засос на самом видно месте – пометил то, что принадлежит ему.
Хм, решил я развлечься на АоСаку день и написал НЦ-у с эти пейрингом. Предупреждаю, что Сакурай тут совсем неканонный:
1)- Эй, Рё, что это ты сник? – Аомине лениво потянулся на диване, закидывая руки за голову и широко зевая. По телевизору пышногрудая ведущая что-то щебетала и ее голос синеволосого сморил.
- Да так, Аомине-сан, не беспокойтесь...
- Ну и что ты снова мямлишь, мм?
-Знаете... – тихо заговорил Рё – Просто все вокруг такие счастливые в парах, радуются отношениям. Даже с Вами всегда рядом красавица Сацуки. И у Вакамацу-сана появилась девушка.
- Завидуешь?
- Нет, что Вы, просто...Одиноко. Очень. Простите, что загружаю Вас этой белибер...
- Это не глупости, Рё. Неудивительно, что ты одинок – ты же застенчив, как пятилетний малыш. А хочешь... – сон у Дайки как-то пропал. – Я сглажу твое одиночество, а?
- К...Как? – Сакурай испуганно покосился на Аомине, вжимаясь в мягкий матрац.
- Подсядь поближе – скажу.
Как только наивный Рё придвинулся ближе к своему товарищу, Аомине, оскалившись, схватил его за затылок и выдохнул:
- По-пал-ся.
4)Тогда семпай снял с Хайзаки наручники, и, подняв его, снова насадил на свой член. В старшем брате взыграл собственник, он подвинулся к парочке поближе, и, растянув анус братика посильнее, тоже вошел в него. Сначала Шого закричал от боли, из глаз полились слезы. Онии-сан успокаивающе собрал слезы губами, а Ниджимура слегка прикусил мочку уха Шого. Когда они начали двигаться, одновременно, сначала медленно, с каждым толчком ускоряясь, Шого уже не испытывал боли, он испытывал лишь сводящее с ума наслаждение. Его голос уже охрип от стонов и криков.
Сначала кончил Шого, а еще через пару толчков в него излились его семпай и брат. Шого, уставший после захватывающего секса, уснул, а старшенькие отправились в душ (что было там, уже пусть кто другой пишет :D)
3)Тем временем старший Хайзаки снял штаны, и Шого, завидев нехилый размерчик братца, слегка позавидовал :D Впрочем стало не до зависти, когда онии-сан приставил свой член ко рту братика с весьма определенной целью.
Хайзаки сначала медленно проводит языком по головке члена брата, как бы пробуя его на вкус, и затем ловко заглатывает член почти целиком. Губы Шого ритмично двигается по члену вверх-вниз, онии-сан на грани того, чтобы кончить, он хватает Шого за волосы и, натянув его посильнее на себя, изливается тому в рот.
В это время Ниджимура-семпай вынул из заднего прохода Шого вибратор, заменив его своим членом. Он то медленно, то быстро входил в своего любовника, не забывая ублажать руками стоящий член Шого. Вскоре они оба кончили. Но это не сильно помогло избавиться от возбуждения.
2)В этот момент домой вернулся братец Шого, и услышав с порога странные звуки из комнаты младшего братца, поднялся к нему, и завидев через приоткрытую дверь что творят с его милым братиком, ворвался в комнату, готовый убивать, но... вид раскрасневшегося Шого, с приоткрытым ротиком и тянувшейся слюнке из него, прикованного к кровати, с раскинутыми ногами, не стесняясь ни своей наготы, ни возбужденного члена, с которого стекала смазка, и большой вибратор в попке братика, из-за которого стоны Шого не прекращались ни на секунду. От такой картины у старшего Хайзаки стало очень тесно в штанах, и глазастый семпай заметив это, прошептал Шого на ушко, чтобы тот позвал братика присоединиться к ним.
От такого онии-сан просто не мог отказаться, буквально набросившись на своего братишку он впился ему в рот требовательным поцелуем, в то время как Ниджимура продолжил ласкать соски Шого.
А меня всё не отпускает мысль о старшем брате Хайзаки, Ниджимуре и самом Хайзаки хд
Вы мне напомнили :D я ж вчера обещал
только нелады у меня с нцой, ну попробуем
1)
Собственно, дела обстояли так: Ниджимура-семпай уже будучи любовником Хайзаки, пришел к нему в гости, прихватив всякие вкусноти в стиле наручников, вибраторов *о*
После некоторого возмущения Шого позволил семпая приковать себя наручниками к кровати. Шузо медленно лаская тело Хайзаки, вводил в него большой вибратор, Заки прикусил губу, чтобы не застонать. А когда семпай начал водить рукой по его члену, немного сжимая его, он уже не мог сдерживать громкие стоны.
хочутакую где Аомине привязаный к столбу прям пипец как туго с кляпом во рту. весь такой беззащитный мимими и тут Ханамия ( визги вопл и улюлюканья с моей стороны) подходит и нэээжно трахает его да ^^
довольно простенько,но со вчерашнего дня эьта мысль не дает мне покоя )
Мидорима зарычал, словно хищник, но сейчас было все равно, хотелось, чтобы эта сладкая пытка продолжалась вечно.
Такао кончил, и Шинтаро почувствовал, как по внутренней стороне бедра потекла теплая белая жидкость. Он кончил сразу вслед за Кадзунари, изливаясь в его ладонь.
Такао прижался всем телом к спине своего любовника, пытаясь дотянуться до его губ, чтобы снова накрыть их поцелуем. Он чувствовал все ещё неровное дыхание Мидоримы.
- Может, все же развяжешь меня? - произнес он хриплым голосом. - Хотя, тогда тебе не избежать последующего наказания.
- Тогда ж я все же рискну, - усмехнулся Такао, поглаживая Мидориму по вспотевшим волосам цвета зелени, перебирая пряди, - Но оно ведь того стоило.
Мидорима не мог не согласиться.
Шинтаро не смог сдержать сдавленного стона, когда в него наполовину вошел разгоряченный член Кадзунари. Было не то чтобы больно, скорее, неожиданно.
Толчок. Другой. Такао развратно двигал бедрами вперед, стараясь проникнуть глубже. Он уже сам прикусывал губы в порыве страсти. Поглаживать эти красивые изгибы желаемого тела, все сильнее вдалбливаться в эту упругую задницу, чувствуя обжигающее тепло внутри Мидоримы.
Это сводило с ума, срывало крышу, глаза застилала пелена безумия, дыхание становилось рваным.
В воздухе витали стоны наслаждения, голоса, звучащие в унисон, для Мидоримы нестерпимое ощущение боли смешалось с необъяснимым удовольствием, что эти ощущения были для него едины. Такао свободной рукой проводил по члену Шинтаро в такт толчкам. Тот уже охрип от криков, из-за запотевших стекл очков виделись лишь размытые пятна, плясавшие перед глазами.
- Остановись немедленно, Такао, это уже не смешно, - румянец на щеках и ноющий член уже выдавал Мидориму, но Такао лишь раззадоривал, дразнил его прикосновениями, поглаживая его ягодицы, бедра, прижимаясь пахом к ним. В один момент он нащупал рукой на тумбочке тюбик со смазкой, с хлюпающим звуком выдавил себе на ладонь и поднес руку к внутенней стороне бедер.
- Только попробуй, в последний раз говорю, а то...
- А то что, а, Шин? - насмешливый голос, в котором угадываются нотки торжества и удовольствия, и тогда он почувствовал, как в анус по очереди входит сначала один, потом два, три тонких пальца.
- Шин-чан, ты такой узкий, - протянул Такао, издав тихий смешок и продолжая растягивать плотное кольцо мышц внутри.
- Такао, прекрати болтать, давай уже... - скрывая смущение и опуская взгляд пробурчал он, немного ёрзая от непривычного ощущения.
- Перестань сопротивляться, я не причиню тебе вреда, ты знаешь. - Такао проводит рукой по груди, животу, чувствуя, как мышцы напрягаются под пальцами. Мидорима поджимает губы, отводя уже явно смущенный взгляд. Но его лицо невольно трогает легкий румянец когда Кадзунари проводит рукой все ниже и ниже, нащупывая уже достаточно выпирающий из-под трусов бугорок. Шинтаро уже не мог скрыть зардевшееся от смущения и стыда лицо.
- Ах, Шин-чан, ты же желаешь, чтобы я тебя трахнул, я знаю, даже и не думай этого скрывать, - Такао издал ехидный смешок, приподнимая уголок рта в развратной улыбке. -Ты знаешь, Шин, ты такой милый, когда стесняешься.
- Ты доиграешься, Такао, - угрожающе произнес Мидорима, нахмуривая брови, когда Такао ловко спустил его трусы вниз, оголяя упругие ягодицы. Гордость все ещё не позволяла позволить этой мелкой вредной, но любимой заразе одержать над ним победу.
- Я бы хотел услышать твои стоны, - с улыбкой бросает он, расстегивая ремешок, чтобы освободить его рот.
Мидорима ещё не успел произнести ни звука, когда Такао коснулся его губ поцелуем, перед которым Шинтаро не мог никогда устоять. Кадзунари вовлекал его в поцелуй постепенно, сначала легко дотрагиваясь кончиком языка и легко проводя по верхней губе, затем нежно и соблазняюще посасывая нижнюю, отстраняясь, чтобы взглянуть, как его партнер буквально тянется, чтобы получить ещё дозу этого всепоглощающего наслаждения, и затем только впился в губы, углубляя поцелуй, проворно, словно играясь, проникая в рот языком и не встречая почти никакого сопротивления.
- Ты хочешь меня. Ведь так, Шин-чан? - чуть отстранившись и выдыхая в губы, усмехнулся Такао.
Мидорима всегда верил в гороскопы. Тот день, обычный вторник, не предвещал ничего плохого: первое место в Оха Аса, талисман дня, черные ремешки, также были приобретены ещё этим утром.
"Что и когда пошло не так?" - пронеслись мысли в голове недоумевающего Шинтаро, когда он лежал в собственной постели почти раздетый, его руки были плотно перевязаны талисманом дня, ещё одним более широким ремнем был затянут рот. А когда ещё над тебе восседает собственный уке, с явным намерением тебя трахнуть, что легко читается в его бесстыжих сверкающих серых глазах.
- Шин-чаан, - наклоняясь ближе, томно шепчет на ухо Такао, щекоча шею обжигающим дыханием. - Не будь таким хмурым, расслабься.
Мидорима лишь невнятно мычит в ответ, но по интонации то и дело очевидны нотки недовольства и протеста. Такао хитро улыбается, облизывает острым языком мочку уха, легко и возбуждающе посасывая, прикусывая её.
- Тебе понравится, я тебе обещаю. Ты ведь мой сегодня, Шин-чаан, - Кадзунари игриво тянет его имя, явно дразня лежащего под ним парня, наблюдать тщетные попытки Мидоримы к сопротивлению его определенно заводило.
(Скажу от себя: на самом деле, написанное очень понравилось, перечитывал даже несколько раз, вкусненько получилось ^_^)
Решив не скупиться и вылить ему на очко сразу весь бутылек, я сделал это. Правда, мне потом пришлось долго успокаивать Тайгу: он хотел вылизать себе очко из-за вкусного запаха, но не суть. Я успокоил его, дав ему хуй за щеку. Пососав его, он угомонился. Тогда, я, наконец-то, решил приступить к анальной долбежке. Так как я сразу ввел весь хуй, он заорал на весь замок. Не обращая на это ровно никакого внимания, продолжил вдалбливаться в него, нежно поглаживая по щеке.
Было уже четыре часа утра. Я, захлопнув крышку ноутбука, довольно потер ручки в предвкушении секса. Со стола я взял наручники. Немного пораскинув мозгами я решил, что раз Кагами никому не давал, стало быть, очко у него невероятно узкое. Достав из ящика смазку с запахом гамбургера, я довольно вышел на улицу и сразу же понял, где скрывается Тайга: нюх у меня на это (да-да, носа нету, его карач поверхность мяча заменяет). Включив антигравитационный режим, я отправился в Ирландию. Следуя инстинкту, я вскоре очутился возле старинного замка, и невольно удивился тому, как ревностно Тайга охраняет свой анус. Но меня-то не проведешь. Облетев вокруг замка, я нашел единственное открытое окно. Я залетел в него и увидел алтарь Кагами.
Это так, чисто для расслабухи и успокоения мозгов было написано.
- Вы даже не представляете...Как это...Классно!–шептал Сакурай, наклонившись к синеволосому вплотную так, что все его тело было плотно прижато к телу партнера, а его язык мог лишь еле касаться желанных губ Дайки. Рё, ластясь к разгоряченной груди Аомине, начал сам двигаться, позволяя члену проникать в его тело максимально глубоко.
Хитро улыбнувшись, Дайки резко вскинулся, подминая Сакурая под себя, и начал ожесточенно вколачиваться в такую давно желанную задницу. Рё извивался и прогибался под ним, как змея.
Кончил первым Аомине, шумно выдыхая и вдавливая Сакурая в ворох подушек, а Рё, закатывая глаза от удовольствия, шептал одно лишь имя: «Аомине-сан...Аомине-сан...»
- Ну что, избавился от одиночества – уже засыпая, спросил Дайки, водя пальцем по голой спине Сакурая, лежащего рядом.
- Кажется, да. Я надеюсь, что такие процедуры еще будут, Аомине-сан?..
- Посмотрим. В следующий раз я не откажусь от минета. – засмеялся синеволосый, вгоняя Рё в притворное смущение. «Оказывается, ты такой похотливый, мой Рё».
- Черт...- Аомине тихо зарычал , продолжая методично растягивать Сакурая, уже двумя пальцами проникая в него, добавляя и третий – Эта подготовка, прелюдия...Я бы тебя сразу разложил и трахнул, грр-р~!
Рё как бы нечаянно заерзал задницей по бедрам Аомине, потерся о его возбужденный член и тихо-тихо сказал:
- Я уже готов.
Глаза Дайки загорелись, движения стали резкими, рваными. Он вынул пальцы из ануса Сакурая, и уже было хотел проникнуть в мальчишку, когда тот внезапно извернулся, потянулся своими худыми руками назад, обхватив себя за ягодицы. Синеволосый не успел ничего понять, а Рё, закусив губу и прикрыв слезящиеся глаза, начал сам насаживаться на внушительных размеров член Аомине, постанывая то ли от удовольствия, то ли от распирающего чувства в заднем проходе.
- А я и не знал, что ты такой похотливый, Рё.
- Только...для...Вас! – на последнем слове Сакурай громко ахнул, когда член Дайки полностью вошел в него. А затем просто остановился, невидящим взглядом смотря на Аомине.
- А ну-ка... – Аомине навис над партнером, затем сгреб его в объятия и, ловко перевернувшись, усадил Рё к себе на бедра, оказавшись «оседланным». Оголенная кожа обоих еще сильнее начала зудеть, изнывая от желания прикоснуться, почувствовать друг друга.
- Аомине-с...сан! – мальчишка недоуменно уставился на довольно ухмыляющегося Аомине, который, улыбнувшись еще шире, легонько толкнулся бедрами вверх, заставляя Сакурая вскрикнуть и сильно прогнуться в спине.
- Ты как кот. Да. Похотливый котенок. – тихо сказал Аомине, сильнее впиваясь пальцами в упругий зад Рё и толкаясь еще раз.
- Аомине-сан...Я..Я не могу, хочу...Так хочу!..
- Чего ты хочешь? Скажи вня~ятно. – издевательски пропел Дайки.
- Хочу... – Сакурай облизнулся и, тяжело дыша ртом, проговорил - Вас!..
- Ммм... А ты будешь послушным? – Дайки несильно провел пальцами по пояснице Сакурая, затем по ягодицам.
- А..Аомине-сан, может...Не надо?.. – промямлил Рё, разрывая поцелуй.
- С ума что ли сошел? Я так хочу тебя здесь и сейчас, а ты хочешь остановиться, глупый Рё?
Сакурай покраснел, как рак, затем задумался на секунду, тряхнул головой и боязливо потянулся руками под майку Дайки, потихоньку раздевая его.
- Какой хороший мальчик. – прошептал Аомине, опрокидывая Сакурая на спину. Прошелся руками по его ребрам, сосчитав их, обвел круг солнечного сплетения, губами и языком снова потянулся к шее. Оставил ярко-вишневый засос на самом видно месте – пометил то, что принадлежит ему.
1)- Эй, Рё, что это ты сник? – Аомине лениво потянулся на диване, закидывая руки за голову и широко зевая. По телевизору пышногрудая ведущая что-то щебетала и ее голос синеволосого сморил.
- Да так, Аомине-сан, не беспокойтесь...
- Ну и что ты снова мямлишь, мм?
-Знаете... – тихо заговорил Рё – Просто все вокруг такие счастливые в парах, радуются отношениям. Даже с Вами всегда рядом красавица Сацуки. И у Вакамацу-сана появилась девушка.
- Завидуешь?
- Нет, что Вы, просто...Одиноко. Очень. Простите, что загружаю Вас этой белибер...
- Это не глупости, Рё. Неудивительно, что ты одинок – ты же застенчив, как пятилетний малыш. А хочешь... – сон у Дайки как-то пропал. – Я сглажу твое одиночество, а?
- К...Как? – Сакурай испуганно покосился на Аомине, вжимаясь в мягкий матрац.
- Подсядь поближе – скажу.
Как только наивный Рё придвинулся ближе к своему товарищу, Аомине, оскалившись, схватил его за затылок и выдохнул:
- По-пал-ся.
Сначала кончил Шого, а еще через пару толчков в него излились его семпай и брат. Шого, уставший после захватывающего секса, уснул, а старшенькие отправились в душ (что было там, уже пусть кто другой пишет :D)
Хайзаки сначала медленно проводит языком по головке члена брата, как бы пробуя его на вкус, и затем ловко заглатывает член почти целиком. Губы Шого ритмично двигается по члену вверх-вниз, онии-сан на грани того, чтобы кончить, он хватает Шого за волосы и, натянув его посильнее на себя, изливается тому в рот.
В это время Ниджимура-семпай вынул из заднего прохода Шого вибратор, заменив его своим членом. Он то медленно, то быстро входил в своего любовника, не забывая ублажать руками стоящий член Шого. Вскоре они оба кончили. Но это не сильно помогло избавиться от возбуждения.
От такого онии-сан просто не мог отказаться, буквально набросившись на своего братишку он впился ему в рот требовательным поцелуем, в то время как Ниджимура продолжил ласкать соски Шого.
Вы мне напомнили :D я ж вчера обещал
только нелады у меня с нцой, ну попробуем
1)
Собственно, дела обстояли так: Ниджимура-семпай уже будучи любовником Хайзаки, пришел к нему в гости, прихватив всякие вкусноти в стиле наручников, вибраторов *о*
После некоторого возмущения Шого позволил семпая приковать себя наручниками к кровати. Шузо медленно лаская тело Хайзаки, вводил в него большой вибратор, Заки прикусил губу, чтобы не застонать. А когда семпай начал водить рукой по его члену, немного сжимая его, он уже не мог сдерживать громкие стоны.
довольно простенько,но со вчерашнего дня эьта мысль не дает мне покоя )