*Вот и первый мой мини-рассказик. Первая глава из небольшого цикла рассказов, основанных на иллюстрациях.*

Во Вселенной существует множество миров, населённых самыми разными существами. Да и Вселенных-то этих тоже много. Мы поговорим про одну, самую маленькую, но очень интересную. Про Вселенную Ай-Ая.

Ай-Ай жил во Вселенной, где у каждого есть своя планета, пусть небольшая, но своя, родная и любимая. Эти планеты свободно передвигались по Вселенной, у них были небольшие клапаны, как в надувных матрацах: откроешь его - и воздух начинает выходить, подталкивая планету вперёд, и служит таким образом своеобразным моторчиком. Когда Ай-Ай хотел побывать в том или ином месте, он открывал клапан и устремлялся вдаль.

Его планетка была маленькой, как и он сам, как и всё в той Вселенной. Но его это устраивало. Ему было уютно в этом крохотном пространстве, ведь это было его пространство, его личное и никто не мог его отобрать. Ай-Ай всегда считал, что лучше иметь что-то очень маленькое, но своё, чем нечто огромное, но тебе не принадлежащее.

На своей планетке Ай-Ай выращивал ромашку. Он их очень любил: они такие хрупкие и нежные, как первая любовь, как дыхание прохладного ветерка в жаркую погоду. Ай-Ай очень старательно ухаживал за ней, оберегал, как лучшего друга. Он даже поставил зонтик, чтобы ни дождь, ни жаркое солнце не причиняли ромашке вреда. У него был особенный ритуал: каждое утро Ай-Ай просыпался и, ещё в ночном колпаке, шёл к ромашке, приветствовал её, гладил по лепесткам и улыбался. А ромашка улыбалась в ответ. Ведь это очень интересная Вселенная, вы помните?

Также у нашего маленького героя был свой телескоп. Он им очень гордился. Телескоп был большой и красивый. Маленькому Ай-Аю он казался величественным чёрным циклопом-великаном, который каким-то чудом поселился на его крохотной планетке. Рядом с ним Ай-Ай чувствовал себя ещё более маленьким и несуразным и всегда с трепетом подходил к этому странному существу. Каким наслаждением было прильнуть к телескопу глазом и упиваться полночи всей красотой и божественностью звёзд, созвездий и других, таких же, как и у него, планет. На каждой из них бурлила своя жизнь: вон детишки играются со щенком, а вон там влюблённая парочка устроила пикник, а вон на той живёт старик-отшельник, который каждый вечер играет на скрипке, и пусть её звуки не доносятся до Ай-Ая, мелодия всё равно возникает у него в голове. В эти часы наш герой отрывался от реальности и погружался в мир наблюдений, в мир, где было много суматохи и приятного шума, в мир ярких красок и взрывных эмоций. И ему нравилось чувствовать себя частью этого живого мира.

Но не менее любимыми были для него и часы, проведённые в почти абсолютной тишине. Ай-Ай проводил их на своих любимых качельках. Туда-сюда, туда-сюда. Раскачивается он и раскачиваются его мысли. И звёзды мелькают туда-сюда, туда-сюда. Вселенский гипноз. Тишина. И
ветер теребит штанишки. Наш герой закрывал глаза и погружался в транс. Его посещали видения о его прошлой жизни, о будущих свершениях, о новых знакомствах и старых друзьях. Но стоило качелям остановиться – как все видения исчезали и Ай-Ай возвращался в реальность.

Утром ромашка, днём качельки, а вечером телескоп. Вот так, спокойно, кристально чисто и вполне предсказуемо проходили его дни. Но однажды всё изменилось…