Пятница, 8 августа 2014 г. Чай давно допит, пора приниматься за клавиатуру. Много мыслей пролетело мимо за этот долгий день. Было много эмоций почти на пустом месте. Что-то из разряда, - «сам надумал, и сам расстроился», ничего серьезного. Удалось таки, примерить противоборствующие стороны, чему я не только рад, но и сильно удивлен, как это мне удалось то? Обычно я стараюсь не вмешиваться, - пусть разбираются сами. А тут мне стало досадно, как-то. Разговорами, увещеваниями (как оказалось я могу убалтовать), кое как удалось установить перемирие.

Сразу вспомнился случай с таксистом. Я как раз прогуливался с подругой в компании ее подруги. Ходил, распушив хвост, единственный мужчина в компании все таки, но суть истории не в этом. (улыбка) Пришло время расставаться, вызвали такси и стали ждать. Ждали машину долго, подруга начала нервничать, звонить оператору с резкими словами…

Как потом оказалось мы сказали не совсем правильный адрес, нечаянно конечно же.) Когда он приехал, накинулся на нас по полной программе, началась куча мала. Подруга в слезы, прохожие решили поучаствовать в этой разборке. Признаться, я сначала немного растерялся, всегда реакция немного запаздывала. Решил действовать разумом, стараясь как можно быстрее разрешить сутуацию, одернул таксиста, - мол чего это вы разошлись так, посмотрите до чего довели девушку? Он чего-то там начал оправдываться, но я не обратил на это никакого внимание, - едем или дальше будем перепираться? Оказалось, едем.

Успокоив девушку, насколько было возможно, я сел в это такси и мы поехали. Начал с ним просветительную беседу… Было немного забавно видеть со стороны: молодой парень на вид 23-25 лет, читает мораль сорокапятилетнему мужику. К его чести сказать, он почти сразу признал свою не правоту и в итоге, извинился передо мной и той девушкой(получается заочно), и то хлеб. Я так понял нервы у неге не выдержали, вот сорвался, но все равно это его не оправдывало.

Я вовсе не горжусь тем, как я себя повел, любой бы среагировал гораздо жестче, и быть может, был бы прав. Это был первый случай, когда я смог успокоить и донести свою мысль распсиховавшемуся человеку.