куда мне деть твое «прости»? 
повесить в рамку над кроватью, 
носить под стильным черным платьем, 
или оставить взаперти? 

куда мне деть твое «прости»? 
вливать по букве в рюмку с водкой, 
убить чугунной сковородкой, 
или развеять с конфетти? 

куда мне деть твое «прости»? 
добавить в новый гель для душа, 
подать под соусом на ужин, 
или в косички заплести? 

куда мне деть твое «прости»? 
тушить десятой сигаретой, 
вложить в вечерние сюжеты, 
или потомкам донести? 

куда мне деть твое «прости»? 
свернуть конвертом аккуратно, 
сазлить по чашкам в аппаратной, 
или в святыню возвести? 

куда, куда его нести? 
«прости» - твой гимн, и жизнь, и кредо, 
и упование победой
прости, но нам не по пути

я хочу быть с тобой до конца,
до победного нашего края.
ведь родные черты лица
не забыть, даже умирая.

ведь родные черты лица
не истопчешь, огнем не выжжешь.
твое сердце смесь меди/свинца.
а так хочется, чтобы был ближе.

обнимать тебя с полуслова,
с полувзгляда и с полукасанья.
и на возраст валить снова
всю наивность и все рыданья.

и пусть даже во мне одна боль,
ты меня уж не помнишь, сердечный.
и живешь там себе беспечно.
наплевав на мою любовь.

но ты знай, я с тобой до конца.
до победного нашего края,
ведь родные черты лица
не забыть, даже умирая.

не надо подвигов геракла,
не надо денег, власти, чина
не заставляйте женщин плакать,
тогда, вас будут звать мужчиной

этот февраль не оставит ни шанса выжить, 
лишь расстояние в пару шагов от края. 
ветер срывает шапки/билборды/крыши — 
ты же сама сорвешься к весне, родная, 

ты же сама сломаешься к марту. просто 
после зимы каждый третий несет потери, 
стрелки часов умирают на цифре 'поздно'. 
поздно не будет, ты слышишь? прошу, не верь им, 

просто не верь, нарушая молчанье станций, 
щупая пульс на запястьях разбитых улиц. 
это так глупо, что те, кто просил остаться, 
вышли за хлебом и попросту не вернулись. 

после зимы каждый третий, схватив простуду, 
лечится алкоголем и кофе (верно) 
бьет кулаками в стену, затем посуду, 
чтобы на утро все это списать на нервы. 

чтобы терпеть, когда станет тошнить стихами, 
(лед под ногами становится только тоньше) 
когда все трубки устанут дышать гудками 
и абоненты не будут доступны больше. 

этот февраль не оставит ни шанса выжить, 
двинет на красный и высадит на конечной. 
минус семнадцать. ну тише, родная, тише. 
мне говорили, что зимы не длятся вечно.

знаете что самое страшное в жизни? 
когда не знаешь, ради чего ты живешь.
ты просыпаешься утром и долго придумываешь 
причину, чтобы подняться