преддевятимайское.

В школе отправили разносить шоколад и письма с поздравлениями ветеранам в своём районе. У меня было три-четыре человека. осталась одна бабулька, которая жила дальше (выше) всех. В частном секторе, очень высоко, практически в лесу. Я у людей начала узнавать, как к ней пройти, есть ли она сейчас дома. Знаете, мне ответили ужасно. :

-А не знаем, может и померла уже.

А бабульку эту с Украины сюда перекинули. Про неё и дети её вспоминают редко. И, видимо, не ходил никто к ней вот так уже пару лет. Она расплакалась, начала рассказывать, что было. 

А она в месте таком живёт, там людей совсем не слышно. Только дубы огромные, сквозь них солнце просвечивает. И колодец деревянный, весь мхом обросший. 

Я тогда так людей этих возненавидела. У них тут рыбой жаренной несёт, дети бегают, собаки лают, а она там сидит одна, с курочками своими.  А они не знают даже, жива она или нет. 

Я не призываю ни к чему, нет. Я даже для себя написала. Я к ней потом ещё ходила, фрукты ей носила.  

Я тогда так плакала, мне так обидно за неё было. И так мерзко от всех этих "людей".