Белый шарфик, перчатки, шапка – за окошком глухой мороз,
я готовый уже заплакать слышу запах твоих волос.
на твоем платье оранжевые круги.
фиолетовые круги - у меня под глазами.
свежий ветер сметает землю с могил.
ты танцуешь босая,
перед
мертвецами.
Одно из самых основных и наиболее часто реализуемых прав угнетенного большинства - это право угнетенного быть убитым. Какую страну, какую историческую эпоху или общественную формацию не возьми для изучения, всегда найдешь массу примеров поддержки среди угнетателей конкретно этого права всякого несвободного народа.
Поэт-сатирик Игорь Губерман знаменит своими афористичными четверостишьями, в которых лаконично рассказывает о том, что близко каждому из нас. Вот некоторые из них:
На собственном горбу и на чужом
-Ты видишь себя только в двух случаях. Делая фото и разглядывая полученную картинку, либо смотрясь в зеркало,рассматривая своё отражение. Но ты не видишь, как твои глаза сверкают, когда ты говоришь о том, что правда любишь. И ты никогда не сможешь увидеть, насколько ты красива, когда искренне улыбаешься. Это немного грустно, что ты никогда не сможешь понять, насколько ты красивая. Но я обещаю, что я буду всегда рядом, чтобы рассказать о том, что я вижу.
-Хм..
У вас болезнь, которая, к сожалению, теперь в моде и которую ежедневно встречаешь у интеллигентных людей. Врачи, конечно, ничего об этом не знают. Она сродни moral insanity, ее можно назвать также индивидуализмом или воображаемым одиночеством.
— Угу,— кивнул Демиург, не отрываясь от изучения толстой внушительной книги.— Умер. Безусловно.
— Кого? — спросил Темный Владыка, не отрываясь от работы.
— Меч Света! Тот самый, которым можно Вас убить.
— А, этот... Ну, положи там, на полочку.
Горбатый карлик сунул принесенный сверток на полку и пристроился у ног своего повелителя.
— Послезавтра ночь Великого Противостояния,— как бы невзначай заметил он.
— Ну и что? — Равнодушно пожал плечами Темный Владыка.
— Жертва, господин, — напомнил карлик. — Её еще найти надо.
перед рассветом, на пустые стадионы, под окна ломбардов, в пыль и песок
заброшенных зданий.
Приводят к старости, бутылке, наркотикам, пустоте. К самому настоящему концу, который ни с чем уже не перепутать.
большинства людей, - писал он, - самоубийство подобно игре в "русскую
рулетку". В барабане револьвера крутится только одна пуля. С сестрами
Лисбон все иначе. Их револьвер был заряжен полностью. Одна пуля -
давление в семье. Другая пуля - генетическая предрасположенность. Еще
одна пуля - неблагоприятный исторический момент. Еще одна - неумолимый
рок, тянувшая их вперед инерция. Назвать другие причины сейчас уже
невозможно, но это не значит, что отверстия в барабане были пусты.
