Я возненавидел этот звук. Тиканье часов в пустой комнате олицетворяет некий антураж, в котором все предметы оживают. Они смотрят на меня, словно в ожидании моих действий. 

В момент тишины квартира кажется слишком большой. 

А еще я ненавижу серванты с посудой. Они напоминают мне скучные моменты, когда в детстве меня оставляли у бабушки. У нее было невыносимо, а этот сервант переносит меня обратно в то время.

Книжные полки. Я люблю рассматривать книги в детстве. Люблю, когда есть книги, но если в комнате пусто и тихо, то они лишь вносят свои краски в ветхий и пресный спин мертвых предметов.

Порядок. Всё на своих местах разложено, покрывала застелены, стулья под столом, вазы без цветов. Мери стоит спиной ко мне. Она смотрит в окно через тюли, откуда свет заливает ее непостижный образ. Она бликует в неясном свете лучей, которые собирают пыль. Эти лучи я тоже не люблю. Наблюдая их, мне хочется пить. Мне становится тоскливо до такой степени, словно всё человечество шагнуло вперёд, а я остаюсь на месте, где быть не хочу. 

В моей комнате тихий час - перегорели пробки. В моей комнате застыл ужас. Моя комната немая. Она знакома мне, и не знакома. Я замер вместе с ней, словно во сне, который никак не может закончится. 

Мне ничего не слышно, лишь только убивающее "тик... 

                                                                                              тик... 

                                                                                                                    тик...".