Сампо-ЛопарёнокНе от солнечного света тень за мной брела устало. Между высоких стен елей, по занесённой колее, под небом в алмазах мне предстоял путь, что осветит луна. Я ненавидел такие походы. Хотя, тут было и то, чего мне так не хватало - покоя. Не думалось об опасности, и я мог распределить это время как мне того хотелось.
Не веяло волшебством лунной ночи, однако необыкновенность момента отложилось в памяти. Мне не забыть тех светлых ночей. Я выучил все звёзды, пятна на луне и горизонт, что редко открывался меж сопок. Всё так привычно. Как снег искрился и хрустел, мороз щадил. И ветер спал. Тишина на пушечный выстрел, и лишь шаги. Дыхание и шаги.
Сложно описать момент, когда смешиваются краски. Когда в прекрасном тебя ждёт плохое. Когда спокойствие окружено тревогой и опасностью. Когда в несмышленом сознании должно рождаться всё для выживания.
Когда деяния опережают опыт.
И мне страшнее вспоминать былое, нежели сам момент, когда всё это происходило. Как же можно было выжить? Те места - сегодняшнее воплощение страхов. Фобии, застывший ужас.
Мне бы не повторить этого.
Сампо-Лопарёнок. Я вспоминал его, и, вероятно, ассоциация давала сил. Ассоциация заключала себя в предмет, а тот предмет - яркая и добрая колыбель-луна. Давала свет, испепеляла страх для продвижения всё дальше и дальше, покуда всё это не закончится.
И всё закончилось. Осталась только память.
Maxfield Parrish - Moonlight Night, Winter, 1942
