Когда солнце садилось, а тень и туман занимали место солнечного света, маленький лягушонок выходил из тенистой травы. Он знал, что уже поздняя осень, и скоро он будет спать долгим и крепким сном. С каждым днём становилось всё холоднее. Ветер срывал с недосягаемых для лягушонка крон листву, которая падала на сырую от измороси землю. Трава тускнела, проносящееся серое небо ранилось о голые ветви деревьев. Однако, данная картина увядающей жизни не пугала храброго лягушонка. Скоро ему предстоит долгий сон, поэтому ему хотелось как можно больше изучить всё вокруг, чтобы понять своё место, увидеть то, чего ещё не видел.

Он смотрел на сбившихся с пути мотыльков, которые светились в темноте белым светом и проносились над ним, едва удерживаясь в воздухе. Их усталые крылья бились, нарушая сумрачную тишину леса, где властвовал лишь шорох. Но было и что-то ещё. Откуда-то оттуда, где ничего не было видно; где горы-кочки, увенчатые мхом и травой закрывали дорогу лягушонку, доносились и другие звуки. Эти звуки, сопровождающиеся таинственным и манящим светом, то возникали постепенно, всё сильнее и сильнее, то так же постепенно и утихали где-то очень далеко. Лягушонок видел, как сбившиеся мотыльки летели именно из того места. Это пугало и завораживало одновременно.

Каждый раз лягушонок не преодолевал того рубежа, где знакомая ему территория сменялась опасной и неизведанной землёй, сокрытая препятствиями. Он долго стоял у этой условной черты, думал и ждал, когда необычное явление вновь возникнет. В эту ночь храбрый лягушонок решил, что ему необходимо узнать, что же его так манит за теми холмами. Почему он с грустью смотрит на те места, где никогда не был? Что за тоска возникает и почему? Ведь здесь, где он родился, нет ничего плохого. Лишь только мысли, что где-то может быть лучше, чем здесь.

Наверное, это и даёт силы и решительности лягушонку перед тем, как он уйдет в спячку, узнать то, о чем всегда так долго думал, стоя на краю неизведанного.

Рывок за рывком. Ступенями наверх, на свет, на тьму. На звук, на тишину. Сейчас он узнает, что же там было, от чего лягушонку не было покоя в мыслях и душе. Преодолев вершину самого большого склона, взору лягушонка открылся невероятный, доселе невиданный пейзаж. Не было ни листвы, ни травы. Ни ручья, где лягушонок любил бывать, ни ветвистых кустов, где пауки плетут свою паутину. Не было и гор-кочек, которые всё это время ограничивали мир маленького лягушонка. Холодный, сырой и твердый камень под ногами лягушонка напоминал ему первый лёд, которым уже совсем скоро будет скована лужа на его поляне. 

Мысли лягушонка отвлёк звук. Это тот самый звук, который появляется из ниоткуда, и пропадает так же в никуда, далеко от сюда. Звук приближался, и лягушонок почувствовал, как земля под ногами стала дрожать. Это был тот самый звук, который лягушонок слышал много раз, находясь у себя дома, внизу, и никогда не видел его источника и не знал причины его появления , а лишь выдумывал фантазии о природе его происхождения. И вдруг возник тот самый свет, которым сопровождался данный звук. Раньше лягушонок видел этот свет лишь на ветвях высоких деревьев, которые освещались этим светом. Теперь свет слепит лягушонка, а звук всё ближе и сильнее. Он надвигается прямо на него, и осталось лишь одно мгновение. Лягушонок застыл. В ужасе ли?

Поляна лягушонка застыла в первых холодах зимы. Очаг горел теплом до последней минуты, ожидая возвращения лягушонка. Ведь ему пора спать. Предстоит долгий зимний сон, пока снег не станет новой лужей, и ручей не побежит по склону вниз. Его дом - колыбель, покой. А там, где-то за непреодолимым рубежом, есть что-то, что так сильно манит и просит выйти, но не обещает, что этот выход станет продолжением жизни. 

"Где ты, маленький лягушонок?"