Старый трактир у дороги радушно приветствовал озябших путников в этот холодный зимний вечер. Здесь можно было передохнуть, отведать местной кухни и горячительных напитков, ожидая, когда же утихнет метель, а при желании и заночевать в одной из комнат на втором этаже за весьма скромную сумму.

Хозяин заведения - типичный северянин средних лет с густой русой шевелюрой и короткой бородой, широкоплечий, с едва наметившимся животом, сегодня лично встал за стойку, чтобы немного разгрузить работников, а заодно последить за порядком в зале. Однако, уставшим путникам в большинстве своём хотелось передохнуть и чтобы их никто не трогал в эти минуты, поэтому никто особо даже голоса не повышал. 

Мерно потрескивали дрова в камине, а зал наполняло тепло и запахи горячей пищи. Грузный Сивый, местный вышибала, примостившись в углу на старенькой табуретке, то и дело сонно клевал носом. Стемнело и слуги зажгли ещё несколько масляных ламп.

- Йохан, - в полголоса произнёс подошедший базилийский купец, старый приятель трактирщика, вели подать  тому угрюмому малому, что справа от камина в тёмном углу, твоё особое угощение, с медовухой. Да не скупись! Серебром империи плачу!

- Это за какие такие заслуги? - добродушно усмехнулся трактирщик, протирая запотевший пивной бокал. 

- Он жизнь мою и честь купеческую спас.

- Ну коль уж так, исполним по высшему разряду. Пескарь! - зычно крикнув, позвал он помощника. - Бегом в подвал, принеси бочонок с дальней полки справа, краской белой вымазана которая. По пути заскочи на кухню, передай старшому записку, скажи, что за качество лично с него спрошу.

По военному бодро козырнув, помощник спешно удалился.

- Ты мне вот что скажи.... - начал было купец, но вдруг затих, уставившись на входную дверь.

В этот момент в зал вошли двое. Первый, ростом чуть выше среднего, мужчина, крепкого телосложения с длинными, собранными в хвост белыми волосами. Необычная, весьма искусная татуировка на левой половине лица скрывала старый шрам. Тёплая киринейская куртка путешественника не промокала ни в снег, ни в дождь. За спиной в ножнах, обшитых мехом, был приторочен меч. Ни мешка, ни какой-то сумки, ни у кого из путников не было. 

- Комнату на двоих с раздельными кроватями, - произнёс второй пришедший.

Тембр голоса и телосложение позволяли принять его за подростка, однако ничего точнее сказать было невозможно из-за окутавшего с ног до головы плаща и глубоко надвинутого капюшона.

На стойку перед хозяином лег золотой империал.

- Мы задержимся у вас на неделю, если нам что-то потребуется, прошу не отказывать. Этого хватит чтобы с лихвой окупить ваши расходы. Получите ещё столько же, если нас никто не потревожит до конца пребывания тут.

Золотой империал - монета, покупная способность и ценность которой была столь высока, что позволяла обладателю прожить месяц, не отказывая себе практически ни в чём.

Трактирщик молча убрал монету, дал отмашку прислуге подготовить комнату, после чего, прищурившись, произнёс:

- Вы - не портите имущество, не распугиваете посетителей, я - не задаю лишних вопросов и даю всё необходимое. 

Мечник молча кивнул в знак согласия и они с напарником направились на второй этаж.

Стоявший рядом молча купец всё это время купец, лишь тихо присвистнул от удивления.

- Магики. Помяни моё слово - это 100% маги.

- Да хоть Лысой Горы хозяйка! Гринько, где тебя черти носят?! Почему ещё жаркое гостю не подал?! Опять мне вместо тебя идти, чтоль?

Ругая на чём свет стоит нерасторопного поварёнка, трактирщик ушёл на кухню. 

Купец направился в свою комнату, в задумчивости почёсывая бороду. Он не понимал, что вызвало такое поведение  у обычно хладнокровного северянина. 

Создавалось впечатление, что прибывшие были раньше знакомы с хозяином и, возможно, он даже в курсе кто они на самом деле.

- Маги. И стать мне ламберским спрутом, если я не прав!