Туман. Серые темные облака закрывают солнце так, что его будто и нет над горизонтом. Телевизионная вышка еле различимо видна только на половину своей высоты. Температура вроде бы низкая, но голова не мерзнет без шапки. Время от времени мимо проходят немногочисленные люди, идущие навстречу. Ноги то и дело увязают в рыхлом снегу. 
Кажется, кто-то идет за мной тяжелыми шагами, однако по звуку он не застревает в снегу. Оглядываюсь. Никого нет. 
Никто из птиц не поёт. Вдалеке слышны отголоски какого-то попсового радио, постоянно крутящегося в этом парке, но даже оно не добавляет жизненности в пустую атмосферу городского пристанища уцелевших деревьев. 
Свинцовое монотонное небо не давит, но будто ограничивает пространство. Чувство, похожее на сильный голод в желудке. 

Шаг немного ускоряется. Шлагбаум с оставленным проходом, еле вмещающим человека. Охранник в будке спит. 
Разрушенное некогда величавое здание элеватора слева. Шум машин с дороги в ста метрах до сих пор не слышен. Падение. Давление на шею. Давно знакомая боль от чего-то острого. Четыре клыка вонзаются в мягкую плоть шеи. Капля крови капает на сероватый снег. Боль уже почти не чувствуется. Снова.