жженой бумагой и чистой молитвою.
под кроватью - пустые скандалы
и кошачьи глаза любопытные.
на балконе приятно молчать,
размышлять и курить последнюю.
и восторженно-долго ждать
эту терпкую грусть предрассветную.
а на кухне всегда говорить.
и чтобы всегда беззастенчиво.
и чтобы всегда беззастенчиво.
обнимать тишину или пить.
и по темам скакать переменчиво.
в ванной плакать, сипя зажимать
мертвой хваткой сведенные челюсти,
кожу драть. расчленять, убивать
эту адскую боль парабеллумом.
сотни тысяч дорог собираться пройти
и смотреть на себя так уверенно;
у меня в прихожей ключи.
и все стены побелены.
каждый дом - отраженье души,
что живут, проживают и бедствуют.
говорят еле слышно в ночи,
отпускают, клянутся, приветствуют.
в каждом желтом окне этих серых, печальных скворечников
новый фильм о судьбе, о мечте, бесконечности.
стены помнят их боль, одиночество, радости.
стены помнят и верно хранят в тайной святости.
и квартиры сдают, продают или топятся.
стены помнят. хранят. стены молятся.
