Когда Инне исполнилось семь лет, они с мамой уехали в Голландию. Сначала мы передавали приветы через её сводного брата. Потом попытались писать письма друг другу. Иногда передавали фотографии. Иногда - раз в три-четыре года.
-----------------------------
Я помню, с каким трепетом ждала встречи с тобой. Мы не виделись целых двадцать лет, но умудрялись изредка слать друг другу письма и фотографии. Я писала на русском, ты - на голландском. Пусть я и не понимала его, но бережно хранила твои послания в глубине шкафа.
Ожидая тебя на улице, я знала, что больше не увижу ту маленькую девочку, которая носила кроссовки со шнурками разного цвета. Я знала, что ты изменилась и выросла. Трансформации коснулись и меня, чего скрывать.
Ты подошла и мы обнялись. Но чем дольше мы с тобой разговаривали, тем больше я ощущала расстояние между нами. Ты почти забыла русский, а не знаю твой язык. Ты превратилась в истинную голландку, европейку и твой менталитет значительно отличается от моего.
Нас волновали разные темы. У тебя было в перспективе переехать в свой собственный дом, а я понимала, что мне нечего рассказывать про квартиру, в которой живу вместе с родителями и дочерью.
Ты восторгалась тем, что белорусские девушки носят каблуки, а я знала, что вы и без каблуков счастливы.
Мы рады были видеть друг друга, но разговор постепенно сошел на "нет". Не потому что наступило разочарование, а потому что пришла пора отпустить воспоминания и осознать, что у нас с тобой совершенно разные пути в жизни.
С тобой идут одни люди, со мной - другие, и это нормально. Это судьба. Это жизнь. Так и должно быть.
Настоящая дружба выдержит огонь, воду и медные трубы. Иллюзия даже огонь не пройдёт. Как в моём случае.