25 сентября 1893 года.

Мой дорогой, маленький Луи!
Всё кончено. Мы с тобой больше не увидимся. Будь в этом также уверен, как я. Ты этого не хотел. Ты готов был сделать все, чтобы мы были вместе. Но расстаться было необходимо. Тебе нужно устроить свою жизнь.
Я не жалею о том, что не противлюсь этому решению, не противилась себе, тебе, нам. И когда ты вчера рыдал, зарывшись с головой в подушку, и тогда, когда ты дважды поднимал ко мне свое горящее лицо, и, наконец, когда вечером, в сумерках, я уже не видела твоих слез и только чувствовала, как они падали на мои руки.
Сейчас мы невероятно страдаем. Все это кажется мне кошмаром. В течение нескольких дней этому будет трудно поверить, и еще долгие месяцы будет больно.… Потом наступит выздоровление. И вот я начинаю тебе писать. Ведь мы решили, что я буду время от времени поддерживать с тобой связь. Мы об этом твердо договорились. Правда, это будет
односторонняя связь: от меня к тебе, – так как ты никогда не будешь знать моего адреса, но эта связь единственное, что помешает нашей разлуке превратиться в полный разрыв.
Я обнимаю тебя в последний раз, так нежно, так ласково, и на таком огромном расстоянии!..