Если наклонить голову немножко влево, то можно почувствовать, как из твоего правого уха выстреливает что-то золотым. А ещё услышать треск взгляда той девочки, со второй парты.
Если наклонить вправо, он подарит желтые цветы.
А если исподлобья, то глаза такие голубые становятся, что даже страшно бывает провалиться в неизвестность и некрасивость офисных слов.
Она улыбается, пьёт свой чай с шафраном, который ей, кстати, кто-то продает по-дешевке. Лепечет что-то про драконов, девочек в башнях построенных из радиационного излучения, и всё так рассказывает умело, будто это всё и вправду существует, и что она вот так просто, слова из воздуха ловит и прячет во внутренних карманах своего джинсового комбинезона, а потом складывает их, как детский паззл.
"Как у тебя все это умело так выходит?"-спрашиваю я её. А она продолжает улыбаться своими миллионными веснушками, сладко прихлебывая свой шизошафраничный чай.
Вырисовывая буквы на картинах и выписывая картинные линии на тетрадных листах, я все не могу понять: Что же мне нужно, черт возьми?
