... Их было больше десятка, из оружия ножи и прочий железный хлам. Они
преградили тебе путь в том месте где обычно удача отворачивается от
сильных мира сего, где закон уходит побитой собакой, а отсутствие
благородства и чести является достоинством. И разум кричал тебе
"беги, опасно, беги..." Но ты плевал на разум, и ты плевал на
опасность, и единственное что было важно это то что за твоей спиной
стояла Она... 

Ты всегда был самим собой. Не притворялся и не лукавил. Тебе не
нужно было придумывать оправдания и отмазки. Если ты не хотел что то
делать, но делать было надо - ты делал. Если нужды не было - не делал.
Ты из тех, кто получая от президента послание "срочно явиться в белый
дом", отвечал "мне не охота.." и отсылал бланк обратно. Ты не мог
смотреть как пятеро бьют одного, как кто то пытается ударить женщину и
тебя приводит в ярость идея что ребенка нужно воспитывать ремнем... Ты
всегда был таким. И никогда не менялся...

Первые двое, которые решили испытать тебя на прочность,
лежали у твоих ног. И лезвие твоего клинка приобрело бордовый цвет.
И по плечу предательски явственно расплывалось темно красное пятно...
Больно. Но за твоей спиной стояла Она...

Лавина. Они бросились на тебя словно гиены на раненого теленка.
Вот только ты не теленок, а им далеко, далеко до гиен... Они отступили.
Их осталось только пятеро. Кровь, она была везде, и как сказали бы
врачи "... ну у него раны не совместимые с жизнью...", но плевать ты
хотел на все подобные заявления, ведь за твоей спиной стояла Она. Ты
смотришь на противников и они смотрят на тебя. Молчание. И у них только
один вопрос, он всегда только один - как можно с тобою справиться? Нет
ответа...

Ты знаешь что они не притронутся к той что стоит позади тебя, они
это тоже знают. Знают, но не попытаться не могут... Их осталось
двое. И они уходят. Ковыляя, согнувшись, хрипя... уходят. Только
тогда падаешь на колени. Уже можно дать своему телу показать слабость.
Ты не хочешь что бы она подходила и видела тебя в таком состоянии,
ведь ты умираешь... она и не подходит. Она смотрит в даль и в ее глазах
скука.

Ей никогда не нравились мужчины....
Из книги которую я никому не давал читать....