Выхожу с метро. Каждый день в одном и том же месте сидит попрошайка. Язык так говорить не поворачивается, но как по-другому выразиться не знаю. Это калека без рук и ног. С виду не понять, но это женщина. Я с ней здороваюсь каждый раз, иногда деньги даю — хотя знаю, что их отбирают..., иногда спрашиваю как здоровье. 

Когда каждые пару лет меняешь страну проживания и не смотришь телевизор — восприятие мира меняется.

Через четыре года одноразовых визитов в маверленд понимаешь:

Русский язык действительно великий. Между двумя иностранными языками русская фразеология всегда служит мостом. Чтобы объяснить турку в Корее на английском лучше всего использовать формы с русским переводом. Но Достоевский, на мой взгляд, не спасение. В современной российской прозе есть что почитать, и не менее великое. Язык, он тоже меняется со временем. Все знают кто такой Достоевский, и никто не знает про Водолазкина, можно уже и двигаться вперед.

Люди, машины, бездомные кошки, бродяги с тележками из супермаркетов, беженцы, уличные музыканты, художники, сборщики мусора, попрошайки — в Стамбуле этого добра хоть завались. Так что ни вздохнуть, ни открыть окно, ни выйти на улицу, не налетев на кого-то входящего, чтобы начать жить в квартире, с которой вы благополучно съехали пять минут назад.

Окно в окно, плечо к плечу, вечная очередь из сонных людей в наушниках, которые и музыку то иногда не слушают, им просто не хочется говорить. Потому что если ты сидишь рядом и можешь говорить — ты априори собеседник для кого-то постарше, кого-то - на кого ритмы города уже не оказывают никакого влияния. С возрастом люди переходят на свою волну восприятия жизни в мегаполисах. Этот уровень - равнодушие.