Хотел слушать истории до самого утра. Но она танцует по ту сторону экрана в одном белье.
Пьяная, свободная ото всех и от всего. Как ей кажется.
Курит в кабинете своего старого ухажера, в танце обнимает какие-то награды с полок.
Мало кто знает, что такая кукла провела в клинике три года с небольшим перерывом. Из них два месяца на кровати в общей палате. Рядом с моей.
Этот тот человек, который делил со мной одну сигарету и отдавал свое снотворное под предлогом, что ей самой и так хорошо спится. Хотя это было не так.
Когда я узнал, что ее выписали, то предложил закатить вечеринку. Мы напились, как школьники.
Переспали в душевой, и, если честно, я ничего не запомнил.
Девушка на экране затянулась и шумно выдохнула. Устало уронив голову на плечо, она лениво произнесла:
- Сколько уже нет Виктории?
- Почему ты вспомнила о ней?
- Знаешь, а я ей завидовала.
- Чему завидовать?
- Да хотя бы тому, что ты ее обнимал с особой нежностью.
- Она была мне как сестра.
- Меня так никто не обнимал.
- Не говори, что я не был нежен с тобой.
- Был. Но не так, как с ней. Таких как ты...их было много до тебя. И после.
Я усмехнулся и осушил бокал.
- Что ж, почему ты до сих пор не обрываешь связь? Почему ищешь предлоги позвонить?
Она молчала, опустив голову.
- Таких как ты - много.
Я снова усмехнулся, но уже про себя.
И правда, если таких много, если мы друг для друга ничего не значим, почему звоним друг другу? Неужели психов тянет друг к другу?
Идиотство.
Я не могу оборвать связь с ней. Не могу и все. Хотя я сам ни разу не набирал ее номер до сегодняшнего дня, ни разу не звонил по видеосвязи. Но никогда не мог позволить отклонить ее звонки.
Зачем мне это все? Я не могу объяснить.
Она живет на другом конце города, но все же в доступности. Но за пару лет мы ни разу не встретились. Хотя на одной станции мне показалось, что я заметил в толпе ее, именно ее светлое лицо.
Зачем мне все это?
Зачем я смотрю на это изображение на экране и украдкой набираю пост?
Вряд ли кто-то может мне объяснить.
