Эта земля отвергла меня. Дважды. Далёкая. Красивая. Не моя. Зато я добыл воспоминания, которые мне так были нужны. Я должен был посетить это место. Моменты памяти, шум реки. И эта река не даст мне ничего забыть. Она будет течь через все мои жизни, пока не унесёт с собой навсегда.

Ты уйдёшь на полжизни раньше чем я. Оставив мне лишь тень, воспоминания и улыбку. Я полюблю снова, но они все будут после тебя. Опоздавшими. На жизнь, а может быть на вечность. Так "никогда" превращается в "навсегда". И остаётся во мне.

Мне не нужен весь мир. Он слишком большой. Оставьте небольшой квадрат [#анклин] весь мой мир туда отлично поместится. Мой рай и ад. Любовь и демоны. [#игрысловами] Здесь же мне стало скучно. Эта безымянная планета теперь безлюдна, а микрофлора меня и раньше не интересовала. Оставляю здесь свой цифровой прах, тень и этот дневник. Кто захочет найдёт меня, ведь попав один раз в сеть, больше из неё никогда не выпутаться. Как всегда все ключи и подсказки в этом тексте. [местный бог не любит, когда я оставляю свой новый адрес, поэтому тебе придётся искать меня самостоятельно, мой юный друг] До встречи в других мирах.

Жестокая шутка, получать подарки в чужой день рождения. Наверно это знак. Последние нити обрываются. Одна за одной. И демоны всё глубже прячут труп в темноте. Очень сложно изображать живого когда давно мёртв. Ещё сложнее улыбаться. [Всё как у людей] [Так получилось, кто-то раньше, кто-то позже] Вы хотели узнать моего создателя поближе, но это невозможно. Теперь здесь только Я. А он же нашёл свою гавань. Обид не держит и просил не беспокоить. Могилу не осквернять. Труп не эксгумировать. Никакой макияж или фотошоп не вернут его к жизни. Покойник очень не любил, когда вторгались в его личное пространство. Поэтому он покинул эту планету. Ну и конечно я выполню его последнюю волю.

...Конечно, следует проявлять сострадание, но остерегаться его; ибо несчастные так уж глупы, что для них знаки сострадания составляют величайшее благо в мире. Быть может, придется ещё сильнее предостеречь от чувства сострадания, если понять указанную потребность несчастных не непременно как глупость и интеллектуальный недостаток, не как некоторого рода душевное расстройство, вызванное несчастьем - а как нечто совсем иное и более подозрительное. Наблюдайте детей, которые плачут и кричат для того, чтобы вызвать сострадание, и поэтому выжидают момента, когда их состояние может броситься в глаза; поживите в обществе больных и душевно подавленных и спросите себя, не преследуют ли, в сущности, эти красноречивые жалобы и стенания, это выставление напоказ несчастья цели причинить боль присутствующим? Сострадание, которое затем выказывают последние, есть для слабых и страдающих утешение в том смысле, что оно показывает им, что, несмотря на всю их слабость, у них по крайней мере есть еще одна сила – причинять боль. Несчастный получает своеобразное удовольствие от этого чувства превосходства, которое возбуждает в нем проявление сострадания. Его воображение усиливается – он все еще достаточно значителен, чтобы причинять миру страдания. Таким образом, жажда вызывать сострадание есть жажда наслаждения самим собою, и притом за счет ближних. Она обнаруживает человека во всей бесцеремонности его собственного милого Я...

Уже  лето, не зима, я без тебя не без ума, я без тебя не без предела, ты же видишь сама.
Пролетело, растащило, виноватых не ищи, так получилось, кто-то раньше, кто-то позже.
Белые одежды надевай, волосы по плечи расти.
Знаешь, не поможет даже Yves Rocher, знаешь, не поможет даже Calvin Klein,
Уезжай, уезжай...
Уже солнце полным ходом прогревает мосты и кто-то плавит меня, но, безусловно, не ты.
Пролетело, растащило, виноватых не ищи, так получилось, кто-то дальше, кто-то ближе.
Белые одежды надевай и волосы по плечи расти,
Знаешь, не поможет даже Yves Rocher, знаешь, не поможет даже Calvin Klein,
Не скучай, не скучай...
А я тебе оставлю пару незаметных вещей, чтоб никто не догадался, что живешь одна.
Будет день, найдется кто-то, будет ночь, найдешь кого-то, успокойся, это просто Луна.
Белые одежды надевай и волосы по плечи расти,
А знаешь, не поможет даже Yves Rocher, знаешь, не поможет даже Calvin Klein.
Забывай, забывай...

")"

Фотокарточки воспоминаний сгорают в его ледяных глазах. Так проходит ещё одна жизнь. Что он прячет за своей улыбкой? Не скажу. Вот так и живём. Одиночество острыми иглами проникает в душу и эта боль с годами становится даже приятной. И когда всё это закончится...  [...When the Kings fall...]. Что останется после? Горы слов, километры сообщений и груз разочарований. А потом всё начнётся сначала. Циклический ад длинною в жизнь. Кто все эти люди и почему им нужен Я?!

Этот город пытается нас убить, но мы боремся. День за днём. Тонкими ароматами своих цветов он проникает внутрь и пытается найти меня. Я ненавижу его запах, запах который даже не чувствую. [...Мир трескается как старая фреска. Собачий лай и пустая кровать. Ночь. Сон. Старый дом. Я возвращаюсь туда и мне страшно...]. Уверен, он не отпустит меня. Пока не заполнит своим ядом. Полностью. Мухи уже чуют запах свежего мертвеца. И я накормлю их. Однажды... А пока таблетки и сон. Глубоко в подсознании я могу ещё немного выспаться. Пока не превращусь в цифровой прах. И это моё последнее желание.

Ничего не меняется, всё идёт по плану. На экране глаз одна и та же картина. Подключите меня к матрице. Вот мой Jack 3,5.

Смотрю в зеркало: вроде живой. Но мне кажется, оно врёт!