Жизни море волнуется раз, тебя волнует два, мир рушится три – где был, замри.
Ты когда-нибудь пытался доказать себе, что не боишься, что ночь не прячет ничего во тьме? Ты пытался кому-то рассказать то, что прячешь за пазухой своей судьбы?
Они отводят глаза, раздражаются, просят перестать. Они не могут, не понимают, а ты снова на пустыре.  
Впереди война, позади призрачная сила, но просить о помощи так сложно. Когда-то сердце диктовало, как жить. Было так просто, в черном и белом, а теперь барахтаешься в полутонах, захлебываясь непониманием и непринятием.
Просить помощи, но как, как просить у того, кто отдает приказы. Приказы, которые разрывают тебя, которые выворачивают наизнанку, заставляя повзрослеть, стать сутью, но не искомым.
Ты когда-нибудь пытался убедить других в том, во что сам не веришь? Жизнь, построенная на страхе. Жизнь ли? Подчинение из страха быть наказанным.
Демоны шепчут, ангелы бдят и так сложно определиться, где же ты сам. Где ты, а не твои обязательства, страхи или предназначение.
Как смириться с тем, что за непослушание наказывают. Стоит уйти с невыбранного тобой пути, как тебя к нему возвращают, предварительно надавав по морде, чтоб неповадно было рыпаться. Как смириться с тем, что тебя ломают в угоду пути, который предназначен, но непонятен.
Тебе говорили, что впереди, лишь одиночество, разбавленное краткими мгновениями тепла? Тебе объясняли, как смириться и попросить помощи в войне, которую видишь лишь ты, которая происходит не просто внутри тебя, а разворачивается за тебя…