Последние дни я очень много думаю о себе, своём воспитании и своих родителях. Началось это все с банальной ссоры из-за младшего брата, где ключевым аргументом было то, что «мы родители». Подобное утверждение не только заставляет удивляться, но и поднимает все внутри меня. 
Такое ощущение, что гордое звание «родители» даёт кучу преимуществ и практически никаких обязательств. Обули, одели, образование минимальное дали – что ещё хочешь? Моральные аспекты мало кем учитываются, мало кто думает о том, что дети – это не проект, это живое существо, которому, помимо обязательного, необходимо и душевное.
Я постоянно сталкиваюсь с тем, что многие родители, вместо того, чтобы признать ошибки, вместо того, чтобы разбирать собственные травмы – перекидывают их на детей, будто так и нужно. Я постоянно сталкиваюсь с тем, что взрослые думают, будто одного «извини» будет достаточно, что ребёнок тут же забудет годы истязаний и будет удобным, и любящим.
В нашей стране очень много повреждённых взрослых детей, растянутых в поколение. Многие аргументы базируются на фразе «меня в детстве… (нужное вставить) и ничего, нормальным человеком вырос». Нет, не нормальным.
Не нормально бить детей, не нормально замалчивать их проблемы и делать вид, что их не существует. Взрослые дети забыли ту боль и безысходность, которую испытывали сами от недостатка любви.
Многие взрослые забыли, что помимо наказаний и наставлений детей нужно любить. Невозможно быть хорошим держа кнут в руке. Невозможно быть хорошим родителем, говоря, что у ребёнка есть дом, а при малейшей ссоре отрицать это.
Отношения, построенные на боли, истязаниях и политике обязанности не приводит ни к чему, кроме поломанной судьбы.
Мои родители добросовестные христиане, но отвратительные родители. Я вообще никогда не понимала, как это вяжется: «Бог любит тебя любым, но я тебя таким любить не могу, поэтому буду бить». Я никогда не понимала, как может сочетаться проповедь всеобьемлемой любви, и ничего не знать о ней самим.
Мои родители в совершенстве освоили фасадную работу, но внутреннюю они не знают до сих пор. Вместо любви - упрёки, вместо понимания – порицание. Все наше детство прошло в ремне, прыгалках и шнурах от пылесоса. И только сейчас понятно, что не мы были такими плохими детьми, а мы просто были детьми, со своим характером, с громкими играми и любви к телевизору.
В пылу ссоры было сказано: «Это не твой ребёнок. Я мать». И меня это поразило, как ловко пользоваться этим термином, когда удобно и как легко перебросить обязанности этого термина на более старших детей. И да, это мой ребёнок, потому что это именно я, будучи малолетней, смотрела за ним, меняла подгузники, кормила, а затем водила и забирала из сада, школы. Это именно я ходила на родительские собрания и общалась с учителями, именно я озвучивала стоящие проблемы, от которых отмахивались.
Отец сказал, что я обиженная, поломанная маленькая девочка и мне бы к специалисту, чтобы разобраться со своей обидой. А меня поразил цинизм этого заявления. Чтобы он сказал моему мужу, приди я от него в том состоянии, в котором несколько лет убегала от него? Принял бы он позицию, что: «Она на меня голос подняла, я просто её повоспитывал».
И вот, всего один разговор, а застарелые раны открылись и хлынули реками крови….