Как писал русский этнограф Серафим Шашков, «прежде всего русским нужны были женщины, и они обращают в рабство инородок ,делают их своими наложницами и рабами-хозяйками».

Несмотря на запрет православной церкви в Сибири обычай брать в сожительницы и наложницы некрещённых женщин из местного населения имелся вплоть до конца 18 века. Покоряя народы Сибири или усмиряя уже покорённые народы русские обычно брали в плен женщин для сожительства или для продажи другим.
Воеводы, чиновники, казаки, стрельцы — все, кто имел в своих руках власть, разъезжая по стойбищам инородцев, не только склоняли женщин коренных народов к мимолётным отношениям, но и часто насильно увозили их с собой для личного пользования или для продажи.

В то время в Сибири также было распространено и многожёнство. Даже обычный казак мог иметь несколько наложниц. Наложницу можно было продать или купить за 10-20 рублей или самостоятельно отобрать из молодых женщин местного населения.

Массовой торговлей женщинами обычно занимались воеводы. Торговые люди зачастую преподносили воеводам женщин как подарок или в качестве взятки.

Кроме торговли существовал и обычай отдавать женщину во временное пользование — кортом (аренда). Если владелец наложницы уезжал, но не имел возможности или желания взять её с собой или она ему просто надоела, но отдать её даром ему было жалко, то он сдавал её в аренду на определённый срок. Таких женщин называли кортомными девками.

Невольницы вместе с другими рабами составляли в Сибири низший рабочий класс. Русские купцы использовали рабов и в качестве тягловой силы — запрягали вместо лошадей в нарты (небольшие сани) для развоза товаров. Посредством нартной тяги передвигались иногда целые обозы, причём как государственные, так и частные.

«Томские и красноярские служивые», писал Шашков, «постоянно воевавшие в XVII веке с енисейскими киргизами, часто разоряли их жилища, угоняли скот, а жён и детей уводили в рабство».

В плен попадали в основном женщины и дети, так как мужчины или не давались живыми или спасались бегством.

Известный русский землепроходец Ерофей Хабаров (именно в его честь назван город Хабаровск – прим. ред.) в 1652 году писал: «2 июня … прося у Бога милости … доплыли до юрт, из которых даурские люди все уехали и мы лишь схватили даурскую бабу». Описывая взятие укреплений местных князей Хабаров продолжает: «в пень порубили 641 человека, больших и малых, а ясырю (в рабство) было взято бабья поголовно старых и молодых и девок 243, да мелкого ясырю ребёнков 118 человек… И поплыли вниз по Амуру, и плывя два дня да ночь, все улусы громили и людей побивали, и ясырь имали. И плыли семь дней от Шпигалу,- все улусы большие, юрт по 70 и 80, и мы их в пень рубили, а жен и детей их имали и скот».

Крупные рабовладельческие рынки существовали в Енисейске, Томске, Тюмени и Тобольске. На этих рынках рабы покупались не только для Сибири, но и для вывоза в Россию.

В 18 веке сибирское рабство было фактически узаконено российским правительством путём распространения на рабов норм крепостного права.