Когда-то я писала про холодного и сухого отца. Тогда мне было двадцать с небольшим, я многое объясняла себе иначе. Сейчас мне почти тридцать, у меня уже своя семья, ребёнок… И всё нижеописанное стало накладываться, переплетаться — и, как оказалось, сильно влиять на меня.
Я давно ничего не писала. Сейчас наболело и мне нужно выпустить эти мысли наружу.

Где-то четыре года назад мои родители переживали очередной кризис. Хотя… что значит «кризис»? Они ссорились регулярно - чтобы, как говорится, «не расслабляться». Чаще, конечно, эмоционировала мама. Вспоминая сейчас, мне кажется, что именно тогда что-то в отце начало меняться. А может и не стало, просто мне стало виднее.

Он не пил раньше. Ладно, что уж я. Пил, что называется «по праздникам» (новый год, день рождения… не частые выезды на шашлык или в гараж с друзьями) Но тут стал делать это заметно чаще, научился похмеляться. Скандалы в доме родителей участились.
Сначала мама пыталась говорить, уговаривать, кричать, угрожать, манипулировать — использовала всё, что могла, чтобы оторвать его от этого пристрастия. Не помогло. Тогда она уехала к моему брату. А потом… потом они помирились. По канону - решили начать всё с чистого листа: отец прошёл гипно - кодировку, мама продала свою квартиру, и они переехали в другой город. Новый дом, новая жизнь. Ага.

Но, как всем известно, алкоголизм - это не только болезнь пьющего. Это - болезнь всей семьи. Отец начал пить уже через пару дней после кадрировки. Просто «втихаря». Потому что «не внушаемый». Хотя я в этом сомневаюсь.

А дальше началась моя история.

Переезд их не спас. Скорее, сделал хуже. Они сменили небольшой, но город с магазинами, инфраструктурой, людьми на маленький посёлок, где всего один магазин, а ближайшая поликлиника в десяти километрах по грунтовке. И вот первый бам. Отец попался пьяный за рулём - забрали права. Работы не стало, т.к не добраться. Пробовал устроиться механиком, но быстро всех послал, не нравится ему работать «на кого-то». Больше искать работу не стал. Зато заказал самогонный аппарат. Мама стала работать одна, молчала, терпела.

Небольшое отступление. Мой отец — умный человек. Очень. Физик, математик, Но всегда был… ленивым и странным. Всерьёз увлекался политическими форумами, тратил на них часы, сочинял тексты, которые мне было тяжело читать - то про заговоры, то про «кошерных». Он заворачивал телефоны в фольгу, заклеивал камеры, просил высадить его не у дома чтобы «снять хвост». Я росла среди этих зачатков паранойи и считала, что это просто странности. Безобидные. Не причиняющие никому вреда.

Но тут странности начали усиливаться. В фольге начал оказываться не только его, но и мамин телефон. Он звонил в полицию с непонятными претензиями, выяснениями. Следил за мамой, включал переадресацию на её смарт-часах. Он стал контролировать практически каждый её шаг. Геолокация, звонки на громкой связи, чтобы слышать все разговоры. Допросы по ночам, вместо сна.

А что делала я? слушала все эти жалобы, мат, отчаяние ежедневно телефону и пыталась что-то сделать. Встала на сторону мамы. Кричала. Ругалась. Приезжала. Уговаривала отца пройти обследование. В ответ слышала, что больные - я и моя мать.
Пыталась спасать маму. Забирала её к себе, договаривалась о принудительном лечении отца, увозила, успокаивала. Но она оттаивала и снова возвращалась. Они мирились. Я погружалась в ненависть. В бессилие. В роль спасателя.

Классика треугольника Карпмана: мама - жертва, отец -агрессор, я - спасатель. И чем больше я спасала, тем сильнее ощущала как я тону и грязну в этом.

В какой-то момент я ощутила себя 5 копытом. Пыталась дистанцироваться. Просила не звонить мне с жалобами и не посвящать меня в эти проблемы. Мама не умеет хранить обиды, быстро отходит. Зато умею я . Она выговаривается - и ей легче. А я впитываю, несу это в себе, начинаю ненавидеть отца, перестаю видеть его мужчиной (защитником, отцом). И снова приезжаю. Снова вмешиваюсь. Снова ссоры. Снова ненависть.

Я начинаю испытывать чувство вины…
Как будто всё из-за меня. Как будто только мне больно. Как будто всё рушится, потому что я не молчу. Потому что пытаюсь спасти маму, а она… остаётся. Терпит. А я будто бы снова подливаю масла в огонь. Своими приездами, разговорами, выяснениями, попытками либо уже развести, либо поклеить все «обратно»

Иногда мне кажется, что им было бы легче без меня, без моего вмешательства. Мама успокаивается, у них затишье, иллюзия спокойствия. А я не могу уже просто смотреть, после всего увиденного и услышанного. Я уже вписалась. Я уже испытываю неприятные чувства и эмоции. И снова вмешиваюсь. И снова всё по кругу.
И снова мысль: а вдруг это я - источник их проблем? Вдруг им нравится все происходящие? Вдруг так было всегда, а сейчас я в мило возраста воспринимаю все на столько утрировано?

Последние месяцы я просто не справляюсь.
Я ищу… момент, когда всё пошло не так. И вообще было ли когда-то по-другому?
Почему всё это происходит?
Потому что отец болен?
Потому что мама не ушла тогда, когда это было можно сделать без разрушения всего?

Я злюсь на отца. Мне больно. И страшно. Страшно, что это передастся в мою семью. Что я стала частью какой-то болезни. Что я больна, так же как и они.

Я вспоминаю картинки детства. Вот мама, вот папа, вот я - счастливая. Маленькая.
А потом понимаю: этого уже никогда больше не будет.
И от этого особенно больно.

Я не совсем одна в этом.
Меня очень поддерживает мой муж. Он ездил со мной, говорил с папой, с мамой, с ними вдвоём. Попытался понять, разобраться, помочь.

Он уважает моего отца, но считает, что он действительно болен.
А я пытаюсь понять было ли так всегда, или эти события последних 4 лет так жахнули?

Он готов, чтобы мама жила у нас, если понадобится. Он не лезет с советами, не давит. Просто обнимает, когда я не могу больше держаться.
Я стала часто реветь, выкуриваю по пачке сигарет, хожу на работу с головой, полной мыслей и боли.

Чего я хочу?
Хочу проснуться — и чтобы всё было как раньше.
Как в детстве. Когда я ещё не понимала, что происходит. Когда всё казалось нормальным, пусть и странным местами.

Но если говорить про реальность, про то, что возможно - я хочу, чтобы отец хотя бы попытался признать, что с ним что-то не так. Проверился. Попробовал наладить хоть что-то.
Но он не пойдёт. Он не видит проблемы.
А значит, было бы лучше, если бы они просто спокойно, без скандалов, поговорили и разошлись.
Да, мне всё равно было бы больно. Но, наверное, чуть легче, чем вот так - снова и снова втягиваться в это, жить этим, страдать за всех.

Может, это эгоистично.
Но я не хочу, чтобы их драма вплеталась в мою жизнь, влияла на мою семью, на моего ребёнка, на меня.
Всё ещё не кончилось.
Я не знаю, куда всё это приведёт.
Просто сейчас я всё это вылила наружу — и стало чуть-чуть легче.