Здравствуйте, мои родные читатели! Вы же родные же ж? Вот и подоспел новый выпуск похождений четырёх почти что мушкетёров в городе-герое Лунске. Городе мистиков, полутайных обществ, мамкиных конспирологов, простых офисных алкоголиков и прочих странных людей в мантиях и балахонах. Жена Куратора уехала в командировку — и всё заверте...
Dysclaimer В тексте встречаются или могут встретиться: обсценная лексика, иноязычные вкрапления, очень много букв, якиманский чёрный юмор, неполиткорректные шутки, упоминания алкоголя, табака, психоактивных веществ, сексуальных перверсий, а также аморального, безнравственного или асоциального поведения. Все персонажи, места действия и события вымышлены, любое совпадение с реальными людьми, местами действия или событиями, произошедшими в прошлом либо в будущем, является случайным и непреднамеренным.
****** 18+ *******
Первым делом, о драгоценные мои читатели, я прорекламирую свой Телеграм-канал «Типичный Лунск» — t.me/Lunsk_Official. Там я страдаю высокохудожественной хернёй, изредка выкладывая всякие фотки из города-героя Лунска. Приобщайся! Прикоснись к настроению города мистиков! Войди с ним в ритм! Футурпоп, Лунный культ, тайны мироздания, алкоголизм и ставшие уже родными полюбившиеся персонажи — это всё «Типичный Лунск»!
Аппроксимация, а Аппроксимация? А поцчему ты такая Аппроксимация, м?
В одно прекрасное воскресное утро Куратор совершенно неожиданно завалился к нам на Базу. Он был слегка нетрезв и очень доволен собой. Я только проснулся и едва только сидел с сигареткой и холодненькой банкой быдлококтейля на кухне. Куратор скинул ботинки, повесил свой фиолетовый клетчатый пиджак на вешалку, снял свой фирменный голубой галстук с узором «пейсли» (и повесил его туда же, куда и пиджак) и рухнул на диван.
— Во, ништяк! — выдохнул Куратор, — Саня. [Жена] опять уехала в командировку в Москву, мне дома скучно, так что я сегодня у вас переночую.
— Да пожалуйста, — я пожал плечами, — Чё ты спрашиваешь, ночуй.
— Интересно, как она там, — куда-то вдаль спросил Куратор, доставая из холодильника бутылочку пивка, — Вчера пошла с подругами гулять, блядь, нажралась там, эти кошёлки её обратно практически принесли, блядь, — Куратор усмехнулся, — Щас на такси её на вокзал отвёз, дал ей с собой три пива — пускай подлечится... О! Звонит!
— [Куратор], привет! — раздался из мобилы женский голос, — Бля, спасибо за пиво, не представляешь, как выручил! Слушай, мне командировочные только в понедельник начислят, можешь пару тысяч сбросить? А то всё оплачено — а пожрать не на что.
— Да без проблем, — ответил Куратор, — Давай, выздоравливай там, алконавтика плюшевая.
— Какое мимими, — меня заулыбало, и я пошёл в душ. Когда я вышел из душа, Куратор в одних семейных трусах сидел на кухне и, скажем так, «пировал». Перед ним на столе были разложены сковородка с жареной картошкой и тушёнкой, открытая банка тушёнки, банка маринованных огурчиков-помидорчиков-перчиков, солонка с перечницей, горчичница, чёрный хлебушек и шматок сала. Посреди всего этого великолепия стояла литрушка водки — видимо, Куратор приготовился отдохнуть наиосновательнейше. На планшете чуть поодаль был запущен фильм «Гараж».
— Присаживайся, Сань, — предложил Куратор, и я просто не смог устоять, — По делам направимся завтра, а пока что попьём. Бля, смотри, — Куратор показал на планшет, — Классика! Сейчас снимают говно — что их, что наши. А классика вечна. «Вовремя предать — это не предать, это предвидеть»! — и Куратор поднял пальчик точь-в-точь, как герой фильма.
Мы вздрогнули.
— Под водочку да под хорошую закуску часто рождаются хорошие идеи, — сказал Куратор, намазывая горчицей бутер с салом, — Слыхал про проект «Золотая Антилопа для Буратино»?
— Неа, — я хихикнул от идиотизма названия проекта, — А чё там?
— Ну, вообще, это на уровне городской легенды, — сказал Куратор и поведал следующее.
Банкиры в любом государстве и в любом городе отличаются своеобразным чёрным юмором. Слухи приписывают банкирам многое, вплоть до поедания младенцев, так что кто его знает — может, это тоже всего лишь слух. А может, и нет. Но говорят, что однажды компания банкиров за распитием коллекционного коньяка решила поразвлекаться. Банк открыл счёт, на котором лежит, по легендам, два миллиарда рублей, а к нему выпустил карту без привязки к имени с возможностью единоразово потратить не больше то ли пятидесяти, то ли ста тысяч. И вбросил карту в народ. Практически в прямом смысле, так и представляю: идут по вечерней улице бухие банкиры, видят какого-то ботана-студента.
— Эй, студент! — пьяненько кричит зампредседателя правления, — Подойди сюда!
Студент опасливо подходит к нетрезвой компании людей в дорогих костюмах.
— Парень, у тебя сегодня счастливый день! — как может, торжественно бубнит финдиректор, — В смысле, вечер.
— Дорогой друг, — председатель правления Банка, дыша перегаром за сто двадцать тысяч за литр, обнимает студента за плечо, — Я являюсь председателем правления Банка N, возьми визитку, — он расстегнул стеденту сумку и положил визитку внутрь, — Потом позвонишь, скажешь спасибо. Итак! Тебе сегодня улыбнулась удача, — председатель правления достаёт из бумажника банковскую карточку и протягивает её студенту, — И вот прямо с этого момента ты можешь больше вообще ни дня не работать.
Студент не верит. Бухие банкиры едва ли не на руках относят студента до ближайшего банкомата и проверяют баланс. Банкомат печатает чек, на котором ясно виден остаток на счёте — два миллиарда рублей. У студента подкашиваются ноги, шкафообразный главбезопасник поддерживает студента под руки, IT-директор даёт студенту начатую бутылку пива, которую тот осушает в несколько глотков.
И с тех пор, по слухам, эта карта успела сменить множество владельцев. Кто сторчался, кого увезли в дурку, кого просто прирезали за карту — а банкиры знай себе отслеживают произведённые по ней транзакции и заключают пари, в каком городе карта окажется через неделю. Говорят, на карте даже написано «ВОЛШЕБНАЯ КАРТА» или как-то так, поэтому её очень легко узнать.
— ...и только вот что ты будешь делать, если увидишь эту карту у соседа по очереди в магазине? — риторически спросил Куратор, — Спроси себя и ужаснись своим душевным терзаниям ради куска пластика, — Куратор взбугагнул, — Ну, вздрогнули.
Мы снова вздрогнули. Забегая вперёд, хочу сказать, что после этой кураторской байки мой взгляд в очередях начал сам собой вглядываться в банковские карты окружающих в подсознательной надежде увидеть хорошо читаемую надпись «ВОЛШЕБНАЯ КАРТА». Сам понимаю, что глупо, но не могу ничего с этим поделать.
— Возможно, отсюда растут ноги приметы, что увидеть на улице бухого председателя правления банка — к удаче, — Куратор усмехнулся.
— Тебе не кажется, что мы как-то обмельчали? — спросил я Куратора, — Раньше, помнится, то за артефактами прошлых или инопланетных цивилизаций гоняли, то лично наблюдали за испытаниями секретных технологий — а теперь погрязли в бюрократии и алкоголизме... Хотя, мы и тогда бухали, но тогда помимо бухла и ещё что-то интересное было...
— Да ладно, — Куратор махнул рукой, — Артефакты — штука редкая. Да и, по-хорошему, побочная. Лунный Клуб «INFRAVIOLET» по-другому зарабатывает, а артефакты — это что-то типа корпоративного хобби.
Так мы с Куратором весь день и пробухали под разговоры про конспирологию и просто «за жЫзнь». Вечером подтянулись Сергей Спина и Андрей Град, продолжили вчетвером. А в понедельник утром наш верный фургночик уже вновь мчал нас по Лунску навстречу приключениям. Как обычно, за рулём — Сергей Спина, рядом с ним — Куратор, а сзади — мы с Андреем Градом: он пьёт пивко из литрушечки «Лунского Меридиана», а я курю и думаю о чём-то своём.
— Саша, тебе повезло, можно сказать, — подмигнул Куратор, — Едем на твоё любимое «Радио 67».
О, да. Раньше это радио называлось «L'IndepenDance» и играло всякую шляпу. Позже его купил какой-то хороший мужик и полностью переделал — и теперь девизом радиостанции является «Лучшая электронная музыка. От новой волны до транса.» Куратор заботливо переключил волну, и из колонок заблеял голосок с английским акцентом:
У меня есть мозги, у тебя есть внешность —
Давай сделаем много денег.
У тебя есть мускулы, у меня есть мозги —
Давай сделаем много денег.
Следующим треком запросто могли быть и Армин ван Бююрен в оригинале, и Милен Фармер в ремиксе, и даже что-нибудь жёсткое типа «Project Pitchfork». Я не так давно открыл для себя это радио, однако, полностью в него погрузился, и перспектива побывать прямо в офисе этого радио казалась интересной. И едва я открыл рот, чтобы спросить, а что мы там вообще забыли, как Куратор взмахнул рукой:
— А вот зачем едем. [Магистр] тут очередную книжку написал, опять какие-то нравоучения для молодёжи, блядь... И, в общем, по каким-то там исследованиям, блядь, «Радио 67» — одна из радиостанций, чья аудитория примерно подпадает под целевую аудиторию книги. И я сегодня буду изображать из себя менеджера по рекламе, а вы просто посидите рядом и с умным видом покиваете, хорошо?
— Tres bien, — ответил я. Уж что-что, а кивать с умным видом мы умели.
Нас у входа встретили мальчик и бледная девочка. Ну, натурально — мальчик и девочка, с виду — дай Геката, институт успели окончить, и то не факт. Встретили и отвели нас в переговорную комнату.
— Итак, вы хотите разместить у нас рекламу, — мальчик сложил руки, как бы невзначай понтанувшись часами, — У вас есть с собой образец?
Куратор включил запись на мобиле. Я не буду её цитировать — она мне показалась донельзя унылой (и, по-моему, не только мне, а и вообще всем присутствующим). Мальчик почесал затылок.
— Если после каждого третьего блока новостей, 8 раз в сутки — в полтора миллиона за три месяца уложитесь, — наконец, выдал мальчик. Девочка что-то печатала в ноутбуке.
— Миллион девятьсот шестьдесят за четыре месяца, — сказала девочка, оторвавшись от ноутбука, — А можем ещё сделать так: если на входе в ваш Лунный Клуб «INFRAVIOLET», в холле, будет играть «Радио 67», то на этот и на следующие контракты у вас будет постоянная скидка.
— Сейчас у нас в холле ничего не играет, — развёл руками Куратор, — Но мне, определённо, нравится ваша система скидок, — Куратор обвёл нас взглядом, мы сделали умные лица и согласно закивали. Куратор дал свою визитку, сказав, куда прислать контракт.
— Молодые люди, предлагаю это дело обмыть, — сказала девочка, — Ща, я приду, — и вышла из переговорной. Мальчик последовал за ней.
Мне начинает нравиться быть представителем Компании по рекламе. По крайней мере, чувствовать себя им. Девочка вернулась, внезапно, с водкой, яблочным соком и пластиковыми стаканчиками. Мальчик нёс банку мелких маринованных помидоров.
— Заебись у вас работа, — заметил Андрей Град, — Если водку прямо с утра можете пить.
— Ну, такое, — мальчик засмеялся, — Отделу рекламы официально можно.
— Так, ну, давайте, — девочка разливала водку по стаканчикам, — Извините, я себе больше налила {чуть больше, чем полстакана}, я из последних сил после вчерашнего держусь... Поехали! За начало перспективного сотрудничества! — девочка залпом опрокинула в себя водку, слегка поморщилась, понюхала помидоринку и неторопливо откусила половину.
— Далеко пойдёт, — Куратор пихнул меня в бок, — Замдиректора департамента будет — не меньше!
Я не умею так яро пить водку. Когда-то, по ранней молодости, умел, а потом разучился. И теперь я пью сначала чуть чуть сока/газировки, потом водку, а потом, всем своим видом показывая, как мне «нравится» вкус водки, пью запивку — сок или газировку.
В общем, мы уговорили литр на шестерых — ни о чём. Хотя, Сергей Спина, как водитель, практически не пил — но всё равно ни о чём. Но очень хорошо провели время, попиздели, так сказать, «за жизнь». И теперь наш верный фургончик мчал нас по городу-герою Лунску уже не по корпоративным делам, но по личным делам Куратора. Внезапно — в консалтинговую компанию «Селенайт», к айтишнице Маше.
— Улица Ленина, дом 88 строение 14, — Куратор назвал адрес. Сергей Спина вбил его в навигатор, нажал на педаль — и мы поехали.
Практически в каждом провинциальном городе есть улица Ленина, и она же обычно является «главной» улицей города. Город Лунск — настолько провинция, что у него «главных» улиц аж две: улица Ленина и перпендикулярная ей улица Красный Селенит. Пока мы ехали, Куратор снова рассказывал конспирологические байки.
— Вот Лунск основан в 1561 году, ну, по официальной истории, — сказал Куратор, — Но День Города при этом — 29 февраля. Как так получилось?
— Может, календари разные? — предположил Сергей Спина.
— Ага, — Куратор кивнул головой, — В 1561 году ещё не было григорианского календаря. Вообще, календари — очень занятная штука, а историки порой любят крутить календарями как хош.
— А лунчане те ещё шутники, — я усмехнулся, — Зачем они сделали Днём Города 29 февраля? И как они его празднуют в невисокосные годы?
— Ыыы, — Куратор тоже заржал, — В високосные годы 29 февраля просто объявляется официальным выходным днём, поэтому люди на работе празднуют 28-го, а 29-го отдыхают. В обычные годы выходной день объявляется 1-го марта, но люди празднуют и 28-го, и 1-го.
— То есть, «народный» день города — 28 февраля, так?
— Так, Куратор кивнул, — 29 февраля был объявлен Днём Города в 1924 году исключительно с целью выебнуться. Лунчане всегда действительно были теми ещё шутниками, с чернушкой, но им идея зашла. И ты знаешь, туристы, особенно, всякие селениты импортные, тоже заценили. Не сказать, что у нас прямо какой-то туристический рай, но каждые четыре года стабильно большой приток. Потому что мероприятия круче — ритуалы всякие, мистерии... В невисокосный год такое не проводится.
Я спросил у Куратора, знает ли он какие-нибудь особо примечательные шутки горожан, дабы заценить уровень чёрного юмора лунчан. И Куратор рассказал. Привязать к чьей-нибудь машине связку пивных банок — это так, классика и баян, но одному человеку однажды к машине сзади привязали рельсу. Точнее, даже не привязали, а намертво приварили. За ночь. Вот это размах, вот это я понимаю. Другой, выйдя утром на улицу к своей «ласточке», застал её от колёс до крыши, выражаясь сухим казённым языком, вымазанной человеческими экскрементами. И ведь никто ничего не видел.
«Мультипаспорт» к турникету четыре раза — и мы прошли. Распиздяи с пульта охраны опять не пропалили, что мы прошли вчетвером по одному пропуску. Хотя, может, там как-то рандомно подставляется фотка? В айтишном «закутке» четвёртого этажа мы обнаружили Машу и её заместителя Ивана. И всё.
— Сегодня беспокойный день, — сказала Маша, — Все ребята на заявках.
— Охуеть, не встать, — посочувствовал Куратор, — А ты тут чем занимаешься?
— Ничем, — Маша пожала плечами, — Обедать собираемся с Ваней. Пойдёмте тоже — слыхали про наш бар-ресторан «Селенайт»? У меня 30% скидка, как у сотрудника.
Бар-ресторан «Селенайт» находился буквально в пяти минутах ходьбы от офиса «Селенайта» — как раз неторопливо покурить одну сигаретку. Маша рассказала последние новости, слухи и сплетни, а Иван просто задумался о чём-то своём. Из всех нас Иван был единственным некурящим, и я даже удивлялся, как в некурящем человеке помещается столько еды и бухла, при этом Иван даже не был толстым — так, слегка упитанным.
Мы обосновались за столиком и сделали заказ. Графинчик с водкой, селёдочку и чёрный хлебушек нам подали сразу, так что, пока нам несли наши основные блюда, мы пропустили по три рюмочки.
— Эххх, хорошо! — Андрея Града скорёжило, и он поторопился закусить бутером с селёдочкой.
— Чё, как там Сильвия? — спросил я.
— Нормально, — Маша махнула рукой, — В последнее время вся зашивается, там у вашего Датацентра расширение, что ли... Или как-то так, в общем, заёбывается очень сильно.
Принесли наш заказ, и мы начали обедать. Сергей Спина то и дело поглядывал на девушку через два столика.
— Симпатичная девчонка, — негромко сказал Сергей Спина Маше, показывая взглядом в сторону девушки, — Из ваших?
— Ага, — ответила Маша, пристально вглядевшись, — Маринка из АХО. Такая молодая, а уже в АХО.
— Вдула бы? — я попытался подъебать Машу.
— Не-а, — Маша сделала вид, что не заметила подъёба, — И тебе не советую: она ёбнутая.
— В смысле?
— В прямом. Она пиздец, какая дотошная и мелочная, и я, в принципе, не удивлена, что от неё муж через два года сбежал.
Вот правду говорят: никто так не ненавидит женщин, как другие женщины. И Маша с типично женским цинизмом рассказала про эту ахошницу такого, что да — пиздец. Нет, я не буду это цитировать, ибо реально пиздец; если захочется примерно узнать, что Маша сказала про Марину, ты, о читатель, можешь попросить любую свою знакомую девчонку высказаться о другой девчонке, которая ей неприятна — и получишь в ответ примерно то же самое.
Нет, всё же, кое-что процитирую:
— Вы знаете, как она до {айтишника} Никиты доебалась? Word у неё, блядь, недостаточно белого цвета, у её соседки белее. Каззза, блядь.
Закончили питаться, расплатились и пошли на выход. Разумеется, Куратор не просто так решил навестить Машу:
— Машка, у меня жена в Москву в командировку укатила на неделю. Айда ко мне на пару дней.
— Я подумаю, — усмехнулась Маша, — Ну, вы не ждите меня, я сама подъеду. Позвоню или напишу, как выйду.
Да, Куратор похаживал от своей жены «налево». Исключительно с Машей, но зато без особой конспирации. Да простят меня девушки, но ты, о читатель, наверняка знаешь, я всегда положительно высказывался о бисексуальных девушках. И дело тут далеко не в какой-нибудь возможности посмотреть «шоу» (которая идёт разве что приятным бонусом, да и необязателна, по большому счёту) — просто, во-первых, таких девушек гораздо проще понять, а во-вторых — я среди них не встречал глупых, — вот ни одной. А с умными банально интереснее, уж поверьте моему опыту. Но Куратор, которому обломилось счастье в виде такой жены, пользовался и другим, довольно сомнительным преимуществом такого союза. Жена Куратора время от времени, когда её переклинит, притаскивает домой девушек (для себя — не для Куратора, когда он не ночует дома), то есть, посторонний женский запах в квартире всё равно присутствует. Я не призываю к подобному поведению — это всё Куратор виноват.
Когда ехали обратно на Базу, Куратор, помимо своих конспирологических баек, рассказал про электронную музыкальную группу из трёх человек (я забыл название, но какое-то тупованое, ИМХО) — вокалист, клавишник-инструменталист и барабанщик, хуярящий по электронным барабанам. Но по-хорошему, как сказал Куратор, участников в группе всего два — вокалист и клавишник. А барабанщик — это просто хороший человек, их кореш и собутыльник, которому просто нравится играть на барабанах. Барабаны всё равно никуда не подключены, кроме его наушников — один хуй, барабанная партия у группы на «фанере», а хороший человек — пусть себе развлекается.
— Так, парни, — сказал Куратор, — Предлагаю вот что. А давайте-ка устроим себе маленький отпуск до конца недели, м? [Магистр], один хуй, вот только что мне написал — уехал в Нижний Новгород на неделю. Все уехали — во как, блядь, совпало! Так что да, — отдыхаем.
Сергей Спина укатил к своей «морковке», Андрей Град ушёл в автосервис «L&P» бухать со своими корешами, а я остался на Базе. Вторник и среду я провёл за алкоголизмом, поеданием пиццы и чтением интернетов, но в утром в четверг Куратор позвонил мне и сказал, что у него есть ко мне дело, которое меня «тыщапромилльно заинтересует», и он скоро приедет, но это уже другая история.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
