Вчера вечером мне довелось созерцать наступление муссона. Удивительное зрелище. Свинцовые тучи одна за одной выстраивались ступенями, заволакивая и без того серое небо. Будто по  приказанию ветра эта глыба со скоростью двигалась вперед,  по бокам заворачивалась, образовывая куполообразную форму. Ветер усиливался. Чуть ниже ступеней, выступали новые, курчавые, напоминающие то ли густой дым, то ли волны на взбушевавшемся море, тучи. Пока одни двигались вперед, вторые впечатляли своей извилистостью, своей тяжелой мягкостью, цвета алюминия и железа. Где-то меж них проглядывали даже обреченные лучики, еще недавно царившего солнца. 

Это истинное чудо пяти минут закончилось так же красиво, как и начиналось. Холодные капли воды чуть коснулись кожи. Потом они коснулись деревьев, асфальта, травы и уже через несколько мгновений передо мною стояла огромная белая стена. В воздухе слышался легкий аромат озона, с сопровождавшим его звуком шума капель.  Где-то сверкала молния.  

Мёртвый март посылает лучи,

Город  сносит ударной волной.

От жизни мы потеряли ключи

И ищем теперь, чтоб вернуться домой. 

Мёртвый апрель посылает нам свет,

Будто маяк среди шумного моря,

Ставим вопрос, но не ищем ответ.

Жизнь прожигая, ждём мы прибоя. 

Мёртвый май посылает мечту,

Люди ищут в нём долю спасенья.

Крылья расправив, летим в высоту,

Дабы познать всю прелесть паденья. 

Над бушующими волнами слышно крик чаек. Они летают, наслаждаясь полетом, они счастливы от того, что имеют крылья. Они - те немногие, которые, следуя огню своей мечты, тянулись к небу. И теперь, поднявшись вверх, свободно покоряют высоту, наблюдая за приливами и отливами неспокойного моря. 

Внизу шумят волны, внизу шторм, тонут корабли, разбиваясь о камни или скалы. Сильный ветер срывает паруса, он гонит несчастных моряков куда-то прочь, подальше от синей воды.  

А еще ниже, спрятавшись под камнями, где-то на дне, лежат скаты, такие чёрные, ядовитые, отталкивающие, будто всё зло и весь мрак у них поместился. 

Эти скаты, будто тайны, грехи и пороки, спрятанные глубоко в человеке, которые никогда не увидят солнце. А чайки - это мечты или чувства, такие возвышенные, они всегда будут вверху, не смотря на все штормы, что происходят там, внизу, в реальности. 

Говорят, море лечит душу. Наверное потому, что люди видят в нем какую-то часть себя, своей жизни. 

Ты идешь в магазин по кофе, а на улицах почти никого. Улицы полупустые. Тёплое солнце бросает последние лучи на дома, длинные тени которых легли под ноги прохожих, а легкий ветер разносит по всему городу еле уловимый запах цветущих деревьев. Возникает такое странное ощущение, похожее на радость или счастье. И тут ты осознаешь всё совершенство жизни именно в этот момент и всё совершенство момента в этой жизни. 

Это не тот момент, о котором писал Достоевский, за который "можно отдать всю жизнь!", а тот, ради которого стоит жить именно сегодня. 

Остановившись, чтобы достать сигарету, вдруг понимаешь, что такие моменты бывают лишь тогда, когда душа свободна от всех, тяготящих ее, камней и потому они так прекрасны, что бывают очень редко.

Я люблю смотреть старые фотографии. Всматриваться в лица не знакомых мне людей, подолгу разглядывая их застывшие эмоции. Пытаюсь примерять на себя жизнь какого-то человека со снимка, которого, возможно, нет уже в живых. 

И эти черно-белые, но такие живые лица глядят в ответ с фотографии, будто пытаясь донести до меня свой еле уловимый шепот: "Когда-то и мы были молоды, но время шло, постепенно меняя наши черты, и теперь лишь пожелтевшая фотография, одно мгновение нашей юности, которую ты держишь сейчас в руках - единственное воспоминание, что осталось после нас. Наши голоса никогда уже не будут звучать на этой земле вместе с голосами миллионов людей, что, как и мы когда-то, смотрят на жизнь, как на длинную, непостижимую дорогу. Мы стали кормом для червей, удобрением для травы, мы стали пылью на подошвах вашей обуви, но наша жизнь не исчезла бесследно с этого мира. Она хранится в этом поблекшем снимке. Вся суть наша в этой фотографии. Смотри же на нее, в ней наша душа."

 Весна стучится в двери и окна, новое солнце греет улицы, наблюдая за жителями этой планеты со своего престола. А в сердце все так же темно. Зима не хочет его покидать, да кто знает, может в нем всё ещё листья падают. 

Как и год назад, ищу вдохновение в людях, спасение в сигаретах и душу среди ночного неба. Может бросить это всё? Свои амбиции, надежды, наполеоновские планы оставить в прошлом, вместе с зимой отпустить их. Подняться из дна и спуститься из неба. Подавить романтику и просто жить, как живут люди. Поймать синицу и забыть о манящей дали. Может быть тогда для меня наступит весна? Серая, обыденная, но всё же весна. 

Черное небо нависло над нами,

Копоть и дым прокатились волной,

С автоматом в руках, по пролитой бойцами

Крови, отправляюсь в последний свой бой.

Я плыл вдоль скучных рек, забывши о штурвале:
Хозяева мои попали в плен гурьбой –
Раздев их и распяв, индейцы ликовали,
Занявшись яростной, прицельною стрельбой.