Все вспоминают 2016 год.
У меня в «Инстаграме» есть один пост.
4 июня 2016.
Это день, когда я очнулась от наркоза после того, как меня почистили от 1 замершей беременности.
В мае я похоронила бабушку. В июне мне казалось, что хоронят меня.
Подпись я добавила через несколько лет, когда уже точно знала, что до этой фотографии ленту не долистают.
Это окно и пионы — первое, что я увидела в тот день. И да, я хотела умереть.
Никто, кроме Человека, не знал, где я. Мы всё от всех скрывали.
Следующий пост — 9 июня, я блестяще защитила свою стратегию. Худая, с пустыми глазами. Не могу сказать, что нужно было чьё-то сочувствие. Нет. Но я помню, как мне было физически очень плохо. Никто не должен ни о чём догадаться.
Я отключила голову, надела маску и жила так примерно... последние 10 лет. В мою историю посвящено до ужаса малое количество людей.
2016 год был пиздец каким хуёвым годом. Меня бесит этот тренд «вспомнил себя в 2016»... Я 10 лет мечтала забыть этот год.
Ночью я выставила этот пост в сторис с подписью: «Мой 2016. И моя 1 замершая долгожданная беременность».
За час сторис увидело человек 50. Потом я не выдержала и снесла её. Зачем я вообще её показала? В моменте мне вдруг захотелось, чтобы меня пожалели... Чтобы люди, не догадывающиеся ни о чём, поняли... какая я сильная... что ли. Подумали: «Нифига себе! А мы и не знали!»
А потом стало мерзко от этого своего желания. Зачем я это сделала?
Думала, что смогу снять маску. Но нет. Маска уже вросла в меня.
