В пасхальную ночь лежала с ощущением, что такого тёмного и ужасного человека, как я, невозможно найти во всей нашей Галактике.

«Исповедь»

Не прошёл год, как умерла мама, а мне звонит бабушка и говорит: «Арвид умер». 

Арвид... Её брат. Аутист, алкоголик, в юности потерял ногу по пьяни, потом пропил квартиру, бабушка забрала его к себе. Я его не особо любила, временами даже боялась. 

Но он был её братом, и у неё умер брат. Она позвонила мне, а я в другой стране, я одна, у меня репетиция, и вообще меня, суку такую, это не волнует. Я не проявила эмпатии. Я накричала на бабушку, потому что она меня отвлекла, а она позвонила мне, чтобы сказать, что умер её брат. 

Да, мне 20 лет, да, я эгоистичная и самовлюблённая, да, я не поняла, как ей больно. Я не разделила её боль. Мне говорят: «А что ты могла сделать?» Я могла выслушать. Но я не только не выслушала, я даже не поняла, что я оттолкнула самого близкого и родного человека. 

Этот поступок почему-то решил всплыть в моей памяти в ночь на Пасху. И я, наверно, в жизни себя сильнее не ненавидела, чем в ту ночь. 

- Нет. Лес такой же, как и все зимы до этой. Это ты этой зимой какая-то невероятная.

То, что сейчас происходит с вами, — чья-то мечта...

Человек покидает компанию. 

— Эй, так нечестно! Я ещё не вышла на работу. 

— Промониторь, куда можно сейчас съездить.

И вроде бы есть повод опечалиться, но мы, придурки, выбираем билеты и квартиру в очередной стране. 

Видимо, мой выход на работу опять откладывается. 

Теперь нет смысла начинать, пока не вернёмся из «отпуска». 

Вопрос «А куда возврашатся из отпуска?» опять актуален.